пропищал десерт. — Стиль неплох. Но эльфу не мешало бы добавить чуть больше страсти в голос. Ладно, я согласен временно побыть вашим главным шедевром. Но разливать меня только в чистый фарфор! И никакой корицы, у меня от нее мигрень! — Договорились, ваше сливочное величество, — с облегчением выдохнула Адель, незаметно накладывая на миску изолирующее заклинание, чтобы удержать характер десерта в узде. — Проша, тащи фарфоровые пиалы, которые мы вчера отмыли. Будем порционно сервировать наше капризное величество, пока оно снова не начало требовать долей в министерстве. Иллирион вытер лоб платком, который тут же оставил на его щеке легкий след от черники. Он посмотрел на Адель, та посмотрела на него, и оба одновременно прыснули со смеху. Глава 8. Расплавленный воротничок Ближе к полуночи жара так и не спала. Напротив, раскаленный за день воздух застоялся, превратив долину в подобие гигантского глиняного горшка, оставленного в печи. Далекие молнии беззвучно полосовали горизонт — предвестники сухого грозового фронта, который нес не долгожданную прохладу, а лишь душное электрическое напряжение. В зале «Дикой козы» было тихо. Набег стражников и местных фермеров, жаждавших попробовать говорящее черничное мороженое (которое к концу вечера окончательно зазналось и соглашалось прыгать в ложки только к тем, кто называл его «светлейшим десертом»), благополучно завершился. Адель сидела за стойкой, подперев щеку кулаком, и лениво наблюдала, как Прохор на пару с заколдованной тряпкой до блеска полирует освободившуюся посуду. Лорд Иллирион расположился напротив. От его утреннего министерского лоска не осталось и следа. Серый сюртук сиротливо висел на спинке стула, тонкая шелковая рубашка была расстегнута уже на три пуговицы, а светлые волосы растрепались. В руках эльф держал последний на сегодня бокал мятного чая, в котором уныло плавал крошечный, почти растаявший осколок льда. — Знаете, госпожа Аделинда... — Иллирион сделал медленный глоток и устало прикрыл глаза. — Если бы мне неделю назад сказали, что я буду сидеть в полуразрушенном трактире, без галстука, с пятном ягодного сиропа на манжете и вести светские беседы с ведьмой-беглянкой, я бы лично выписал этому пророку штраф за распространение особо опасных галлюцинаций. — Жизнь полона сюрпризов, милорд, — Адель тепло улыбнулась, разглядывая его порозовевшие от тепла уши. — Особенно когда в дело вмешивается аномальный циклон и кулинарная магия. Кстати, о птичках. Вы ведь так и не сказали, какая именно «неточность» обнаружилась