— Откопали? — деловито уточнил Савелий, когда мы благоразумно остановились на относительно ровной площадке, не подходя слишком близко к бойцам.

— Почти, — глухо отозвался Стужев. — Готовь стазис. Сердце ещё бьется, я слышу, но шансов мало. Его пришпилило намертво, выдирать только с породой, на которую он сам запитался. Если разъединим, сразу отключится.

Не совсем понимая, о чём говорит Егор, я предпочла молча наблюдать за тем, как мужчины продолжали разбирать завал. Прошло ещё минут тридцать, каждый следующий камень они сначала изучали и только потом сдвигали, чтобы не нарушить некий баланс, а когда до тела оставалось совсем немного, бойцы объединили силы и подняли магией сразу десяток валунов, открывая нам доступ к пациенту.

И да, он был плох. Очень плох. Судя по характеру ран и сверкающему металлу в его теле, сначала его обстрелял шипами дракон и только потом отправил в продолжительный полет в ущелье, где его и завалило. При этом его практически располовинило вдоль — в его теле торчало сразу три огромных стальных треугольных пластины, вонзившихся в плоть чуть по косой. Одна в районе паха, вторая в районе живота, третья в районе сердца.

Как он был жив до сих пор — загадка.

Хотя…

О, коллега! Точнее мультистихийник с мизерной способностью к регенерации. Её я умудрилась почуять издалека, через кровь, которая вылилась через открытые раны. И пускай она уже свернулась, моему обонянию это не помешало.

— Ну что, коллега, приступим? — потер руки Док, когда стало ясно, что работать придется прямо здесь.

Не рискуя говорить вслух, кивнула, и Стужев, словно только и ждал моей отмашки, безапелляционным тоном скомандовал всем покинуть место операции и не мешать. Правда, когда проходил мимо, Док с привычной для себя шуточкой вручил ему баул с едой, предложив подкрепиться, и наверх мужчины ушли, как мне показалось, чуть бодрее, чем начинали путь.

И только когда стало ясно, что внизу остались лишь мы и пациент, на которого уже наложили жесткий стазис, я тихо спросила:

— А этот Владимир, он кто? Чую, что мультистихийник. Сильный. И капельку регенерат…

— А вот этого я не знал, — заинтересованно хмыкнул Док. — Владимир Троекуров — командир княжеских бойцов, позывной Троян, отряд «Беркут». Тридцать семь лет, не женат, баронет. Второй ранг, кстати, но стихий меньше, чем у Стужи, он у нас в этом плане всех переплюнул. Хотя регенерат… Нда. Ну что, с чего начнем?

— С ядрышка, — вздохнула, недвусмысленно протягивая Доку левую ладонь и с некоторым усилием «снимая» с неё перчатку доспеха. — Проводить тут операцию от и до считаю нерациональным, слишком агрессивная среда. Подлечим, чтоб не помер во время транспортировки, но доделывать будем уже снаружи.