— Отлично! — хлопнул я в ладоши и потер руки. — Итак, далеко до этих Архипанцирей?

— Относительно недалеко. — ответил Леха. — Минуем Лопьшу, за ней как раз угодия их рода.

— Угодия? Это как?

— По традиции, владения ликантропов зовут их охотничьими угодиями. По сути, то же самое графство. Просто устройство немного… Иное.

— И чем же оно иное? — решил я сразу уточнить.

— Там нет крупных городов и других поселений. Угодия усеяны мелкими клановыми поселениями. Если клан становится слишком большим, из него уходят старшие сыны со своими семьями. Но это не слишком часто. Если разделение клана происходит не для того, чтобы занять свободные или захваченные земли, это позор. Это означает, что члены клана бегают от войны, что недостойно настоящего зверя. Таким кланам приходится в бою доказывать, что их воины столь сильны, что могут побеждать в любой битве без поражений и именно потому клан разрастается, что воины перестали гибнуть в бою.

— И как же они еще не перебили то друг друга с такими традициями? — вскинул я удивленно брови.

— Они достаточно живучие и плодовитые. А перенаселения не происходит, потому что все вечно ищут, где повоевать. В основном служат в войсках Короны, но и наемничьих отрядов тоже немало. Но всех все устраивает. Одно слово — традиции!

— Отлично. Значит, остается сдать головы в местном пункте приема частей тела, осушить болота и посмотреть в глаза местному правителю, а после пойдем отдавать металлолом владельцам. Возражения есть?

Я обвел взглядом нашу толпу. Шииран равнодушно пожала плечами. Гартаил и вовсе игнорировал все происходящее, разглядывая какую-то странную бабочку, сидевшую на трупе на срубе шеи. Интересно, а бывают кровососущие бабочки? Увалия так же равнодушно сказала, что ей полностью до пизды, куда мы пойдем. Конечно, сказала она это другими словами, но я решил, что унинрал неправильно переводит и дополнил транслейт своими примечаниями. Гуля смотрела жалобным взглядом то на меня, то на самую жирную разбойничью тушу. А хрен с тобой, можешь хавать. Главное — головы не трогай. Потапыч просто не особо понимал, что происходит и с удивлением рассматривал адамантовые когти, царапая ими придорожный валун. Пушистик сидел на камне и, хрустя гадюкой, наблюдал за этой картиной.

— Картина маслом: «Циркачи на привале»! — вздохнул я.

— Скорее, клоуны. — как-то на автомате добавил Леха.

— Заметь, не я это сказал! — ткнул я в его сторону пальцем. — Пойдем в кустики, кстати, поможешь с одним делом.

— Да зачем куда-то ходить, давай я тебе прямо тут задницу нашинкую! — выпустил ликантроп когти.