— Грубый ты, Морзе, и не женственный. Ты ведь национальным героем можешь стать, примером для подражания.

— Грог, ты совсем дурак или прикидываешься? На кой хер мне эта слава?

— Правильно, скромность украшает воина.

— Идиот, бля, — я наконец заметил бесенят у него в глазах и едва сдерживаемую улыбку.

— Аха-ха-ха, — тут же залился смехом тот, и я невольно улыбнулся следом. — Ну вот, теперь вижу, нормально, отошёл. Что он тебе сказал такого, после чего ты решил его на свет выковырнуть?

— Здесь, скорее, дело в том, чего он не стал говорить.

— Ну и?

— Кажется, я начал понимать, с чего вдруг они вновь затевают войну. Они нашли какой-то выход из тупиковой ситуации.

— Я нихрена не понял, если честно.

— Ладно, давай по слогам: они не могут жить без нашей крови, а так же не имеют потомства.

— Трахаться, что ли, научились?

— Ну, с этим, скорее всего, проблем не возникало, а вот размножаться — вполне. Да и с питанием, походу, вопрос закрыт, иначе нет смысла нас уничтожать, понимаешь?

— Кажется, да, — Грог сполз по стене на пол прямо напротив меня. — И что теперь будет?

— Последняя битва, — ухмыльнулся я. — Прям как в кино. Мы соберёмся на стенах огромной крепости…

— И будем махать им сверху писюнами, — усмехнулся тот. — Ну а если серьёзно?

— Ими кто-то рулит, кто-то очень умный. Если Старый прав, и мы сможем устранить эту особь, снова настанет шаткое перемирие.

— Думаешь, он знает, кто это? — кивнул затылком в сторону вагона с пленным Грог.

— Уверен. А вот получится ли вытянуть из него нужную информацию — не совсем. Насколько мне известно, пока ещё никому не удавалось их разговорить.

— Ну, способ наверняка есть, иначе на кой хер мы с ним столько возимся?

— Есть ещё кое-что, — я задумался на некоторое время: а стоит ли вообще делиться с Грогом данной информацией, но в итоге решил, что хуже не станет. — Макс. Есть вероятность, что именно с него всё началось, Ишуткин считает его нулевым пациентом. И если это так, тогда есть немалый шанс обратить процесс.

— А если не так?

— Не понял?

— Ну, ты говоришь: если это так. А если нет, если не так, если Ишуткин ошибается?

— Или намерено распространяет ложную информацию, — пробормотал я.

— Я сейчас тебя вообще понимать перестал, — помотал головой Грог. — Ты или договаривай, или лучше не начинай.

— А тебе не показалось странным, что лайнер атаковали под самый рассвет, когда все ещё спали, но нашим практически удалось избежать потерь?

— Ты на что намекаешь?

— Сука, Старый ублюдок! Как ты затрахал со своими играми!

— Да объясни ты толком!

— Смотри, — я слегка оживился и принялся разжёвывать свои умозаключения на пальцах. — Вечером они узнают, что Макс — нулевой пациент, а под утро в борт лайнера прилетают торпеды. Какой сразу напрашивается вывод?