Я волновался, будто студент перед экзаменом. Почти не отходил от окна, постоянно рассматривая оставшиеся нетронутыми станции в бинокль. Относительно, разумеется, ведь в них мы так же подорвали заряды, но сделали это якобы с ошибкой. Хотя в любом случае данный момент можно назвать подозрительным. Злые, скорее всего, знают об этом месте, что здесь жил человек, да и нас вероятно почувствуют. А тут как раз несколько выходов совершенно случайно остались целёхоньки. Хотя, возможно, за паникой они не станут заострять внимание на таких совпадениях, посмотрим.

Снова бинокль к глазам и беглый осмотр уцелевших выходов. Нет, пока ничего не происходит, рано, но я всё равно не могу сдержаться и буквально через несколько секунд вновь всматриваюсь в тёмные провалы станций.

— Пожри хоть, — сзади подошёл Грог с банкой консервированной фасоли. — Весь день ведь голодный.

— Что-то не хочется, — поморщился я.

— Ща в рыло дам и силой запихаю, — ухмыльнулся тот. — Жри сказал! Хрен его знает, может, нам здесь всю ночь от них отбиваться придётся.

— Не исключено, — согласно кивнул я и снова поднёс к глазам бинокль.

— Бля, шеф, я сейчас в самом деле у тебя стекляшки отберу и в глаз дам.

— Ладно, не зуди, — улыбнулся я и оставил наблюдательную позицию. — Давай, чего там у тебя!

— Фасоль с овощами, могу тушняка добавить, вообще ништяк получится, — растянул губы в улыбке тот. — Хан уже две порции сожрал и ещё клянчит. Вон, видишь, как на бородатого смотрит.

— Не, нормально, так сожру, — принял я банку у Грога. — Вы двери за собой закрыли? Трос затянули?

— Обижаешь, я всё лично проконтролировал.

— Лады, — кивнул я и закинул в рот первую ложку с едой. — М-м-м, правда, вкусно.

— А я чё говорю, — заулыбался тот.

— С прикрытием что?

— Позиции выбрали, вон там снайперов посадим. На террасе уже триноги под КПВТ пристреляли, пацаны их сейчас от консервной смазки очищают. Патроны, думаю, обычные подойдут, там калибр такой, что человека на куски порвёт, этим ублюдкам хватит. Ветер вот только ледяной там, аж глаза стеклянными становятся, но это ничего, потерпеть можно.

— Хорошо, — кивнул я. — Надеюсь, всё получится.

— Ну, если что, запомню тебя молодым.

— Иди в жопу, — отмахнулся я, закинул в рот ложку фасоли и снова припал к окулярам. — И скажи им, чтоб курить наружу выходили, здесь уже дышать нечем.

— Э, ушастый, я тебе чё сказал⁈ Ещё раз здесь закуришь, я тебе этот бычок в жопу затолкаю!

— Да там холодно, пиздец! — заканючил тощий мужик с оттопыренными ушами и длинным носом, за что имел вполне заслуженную кличку «Крыс».