— Меня это не ебёт! Вышел отсюда, пока ноги целы!

— Какие нежные все стали, — едва слышно пробормотал он на пути к балкону, но Грогу этого хватило.

— Чё ты там вякнул⁈ — тут же расправил плечи он.

— Да ладно, оставь его, — придержал я товарища за плечо. — Нам сейчас конфликты ни к чему.

Синхронно с закатом солнца квартира постепенно погружалась в тишину. Это у нас, видимо, на инстинктивном уровне уже, тем более, когда находимся в самом центре вражеской территории. Нет, страхом это не назовёшь, скорее, осторожность. К войне и смерти мы привыкли, но это не значит, что нужно призывать неприятности.

Люди уже перешли на общение в половину громкости голоса, а некоторые так и вообще уже шептались. Заодно нарастало нервное напряжение — у окна с биноклем расположился не только я. Все ожидали начало замеса, некоторые в предвкушении поглаживали оружие. Ведь никто не знал, чем закончится наша авантюра, которая по факту ею и являлась. То, что мы задумали, слабо походило на план, но ничего другого у нас не было. Чистая импровизация, иначе не назовёшь. Но по опыту могу сказать, что именно такие безумства чаще всего и срабатывают. Ладно, скоро мы это узнаем.

— Движение на втором «Деловом», — прозвучал голос одного из наблюдателей, и я мгновенно перевёл бинокль в ту сторону.

Народ моментально затих, и напряжение повисло в помещении. Казалось, его можно потрогать руками, но меня волновало вовсе не это. На станции действительно наметилась какая-то суета. Злые ещё не вышли наружу, но уже проявляли активность внутри помещения. Ещё немного и начнётся.

Впервые за долгое время отступила вечная раздражительность, и её место занял азарт. Сердце пустилось в бешеную скачку, гулко отдавая пульсацией в висках. Рановато для адреналина, но, к сожалению, данные процессы организма мне неподвластны.

А тем временем солнце полностью скрылось за горизонтом. Мороз окреп настолько, что даже печь в углу едва справлялась. Мы топили её весь вечер, однако пар изо рта валить так и не перестал. А снаружи лицо вообще замерзало в момент, чему немало способствовал ветер, который на такой высоте дует без остановки, потому как нет у него препятствий. Небо темнело на глазах и вскоре от станций потянулись первые уроды.

Мы внимательно всматривались в их лица, однако Серёга всё равно появился внезапно. Возможно, кто-то его пропустил или не узнал в общей суматохе, но главное, что всё сработало, он появился, и я его заметил. Вот теперь сердце уже обоснованно забилось как сумасшедшее.

— Всё, есть! — радостно воскликнул я. — Грог, ФЕТ, двигаем!