— Не всегда, поверь мне, — ухмыльнулся Грог. — Ты просто никогда не попадал в замесы.

— Да откуда ты знаешь…

— Знает, Клей, знает, — ответил я. — Всё, базар убили, работаем. Мы с Грогом впереди, Макс, ты следом, прикроешь, если что, вы двое замыкающими.

— П-хах, прикроешь… — нагло ухмыльнулся Клей, после чего вздрогнул.

Макс молча метнул нож и сделал это таким образом, что срезал самый кончик сигареты Клея, пока тот делал затяжку. Закончив демонстрацию своих возможностей, пацан подмигнул новому члену нашей команды и прошёл до входной двери, из которой вытянул торчащий клинок.

— Хуясе, — только и смог выдать он, отбросил кусок сигареты в сторону и вытянул мачете.

Бизон молча покивал головой на этот финт и вооружился топором. Грог тоже предпочёл мачете, а мы с Максом остановили свой выбор на ножах. В целом, впятером, мы легко размотаем толпу в три раза превосходящую нас по количеству. В Москве уродов было даже больше и ничего, справились. Там конечно ФЕТ немало помог, отбиваясь от них серебряным кастетом, но здесь не должно быть и половины. Как утверждал Харя: «Больше пяти особей он здесь ни разу не встречал».

Но даже будучи полностью уверенными в собственном превосходстве, двигались мы осторожно. Ловушки нас поджидали самые примитивные, больше настроенные на то, чтобы предупредить о появлении чужаков, нежели для охоты на людей. Да, в целом твари остались разумны, но не всегда и не во всём, особенно это касалось выбора для днёвки. Вот взять хоть этот кинотеатр, ну сколько раз Харя вырезал здесь сердца? Два, три, может, даже пять. А выродки всё продолжают заползать в эту нору.

С другой стороны, уважающий себя охотник обязательно приберёт за собой, уж трупы злых точно не оставит. Видимо, этого достаточно, чтобы уроды не чувствовали смерть своих сородичей по прошествии некоторого времени. Как это работает, пока не ясно, но они раз за разом прячутся днём в одних и тех же местах. Может быть, это как-то запрограммировано природой, некий инстинкт. Харя объясняет это иначе.

По его наблюдениям, в мире не так много мест, полностью защищённых от солнечного света, а если сооружать что-то дополнительно, это всегда привлекает лишнее внимание. Нужно просто думать как твари, тогда и охотиться на них будет в разы проще. Но даже он соглашался со мной в тупости происходящего. Ну ладно такое случилось раз иди два, но лезть в место, где ежемесячно гибнут стаи, по меньшей мере, нелогично. Так что нет, дело вовсе не в полноценной темноте, есть нечто ещё, заставляющее их совершать ошибку за ошибкой и не замечать этого.