Тигр отзеркалил это моё движение. Теперь мы зависли уже в новой позе.
Я медленно вернул голову на место, затем склонил её к другому плечу. Тигр продолжил зеркалить мои движения. Это было забавно. И я улыбнулся. Хорошо хоть, не разжимая губ. Хоть как-то мозги сработали — у зверей ведь демонстрация зубов, это выражение агрессии и попытка запугивания. Однако же, всё равно, сложно назвать это «работой».
Вот ума не приложу, что я в тот момент в этом увидел забавного. Тут портки в пору менять, а не лыбиться. Хорошо хоть, я эти дни, что шёл по лесу без Альбины, решил продукты поэкономить и снова был в процессе «профилактической голодовки». В этот раз короткой. Не столько ради самой «профилактики», сколько действительно для экономии продуктов. Так что, живот мой был пуст. Нечем было бы «конфузиться». Но, кстати, позывов почему-то не было. Может быть, вся ситуация была настолько запредельно опасной, что уже даже не пугала? Просто «не помещалась в воспринимаемый диапазон», как ультрафиолет или инфракрасное излучение в оптический диапазон, воспринимаемый глазами?
Тигр… дёрнул вперёд головой и толкнул меня своим носом в грудь от чего я упал на задницу, не удержав равновесия. Упал и остался сидеть. Уселся напротив меня и тигр.
И это был край. Полна перегрузка. «Щелчок автомата в электрическом щитке». Сознание «щелкнуло» и «переключилось». Ситуация стала обычной. Вот так вот разом. Щелк — и сидящий белый громадный тигр напротив, это не «запредельно опасная и нереальная ситуация, из которой практически нет шансов выбраться живым», а просто тигр.
Просто сидящий напротив белый тигр.
Ну тигр и тигр — подумаешь?
Я как-то так разом успокоился. И даже мозги заработали. Но как-то так избирательно: обходя всё, что связано с сидящим напротив тигром и опасностью, которую он для моей жизни представляет.
— Привет, — сказал ему я.
— Фырк! — фыркнул он мне в ответ.
— Я пойду? — спросил я. Тигр не ответил. — Молчание — знак согласия, — пожал плечами я…
* * *
Глава 35 * * *
Тигр недовольно дернул хвостом.
— Понял, — поднял перед собой руки. — Не дурак. Значит, остаюсь здесь, — пожал плечами я и уже не обращая внимания на тигра, полез в свою сумку за палаткой, которую тут же и принялся деловито устанавливать.
Тигр… охренел от такой моей реакции. Сложно подобрать другое слово, ну, кроме аналогичного ему матерного. Глаза его раскрылись широко настолько, что я и предположить не мог, что они вообще так широко у него могут открываться. И всё то время, что я возился со своей палаткой, он так и просидел на попе с круглыми от удивления глазами.