— Миссис Шугар. Меня зовут миссис Шугар. Никто тебе не позволял обращаться ко мне по имени. Смотри, незнакомец, я и сама могу тебя проклясть!
— Кот, Мэри. Он кормил тебя, когда ты помирала от голода в доме дяди. Помнишь его?
— Это был другой кот. Мышелов к тому времени помер. Не дури мне голову. Подумаешь, где-то узнал о моём детстве. Думаешь, так легко втереться ко мне в доверие? Я не какая-то там простушка!
— Он с тобой разговаривал.
— Ха-ха-ха! — громогласный визгливый смех ввинчивался в сполотские уши подобно боевой сирене. — Я эту сказку подружкам в школе рассказывала. Даже верила в то, что кот действительно со мной говорил. Потом-то они мне объяснили, что звери не разговаривают, даже если они волшебные. А у меня был самый обычный кот, что подтвердил наш мастер по тёмной магии.
— Тебе неинтересно, что стало с тем котом? — Игорь неожиданно был поставлен в тупик и ошеломлен. Такого он никак не ожидал.
— Да кого вообще интересуют какие-то драные кошаки? Сбежал он от меня, туда ему и дорога. Это демоническое отродье меня чуть с ума не свело. Я же действительно думала, что говорю с ним. А оказалось, что после смерти родителей и голодовки в тёткином доме я была скорбная головой. Но теперь нет.
— Простите за беспокойство, миссис Шугар, — аристократично распрямил плечи Игорь. — Раз вы так говорите, то не имею больше к вам дел. Всего доброго.
— Стоять! — взвизгнула она подобно резаной свиноматке. — Сумку выверни! Глянуть хочу, не украл ли ты чего.
— Даже так? — был бы у него сейчас хвост, тот бы нервно дёргался со скоростью вентилятора. Столько оскорблений за столь небольшой промежуток времени на него не вываливали никогда. — Можете посмотреть что внутри, но простите, на землю свою поклажу я вываливать не буду.
— У меня палочка!
— У меня тоже, но я же не кричу об этом на каждом углу, — расплылись его губы в саркастично-насмешливой ухмылке.
— Ладно, — словно делает одолжение, протянула она. — Вали отсель, и чтобы ноги твоей не было на моей территории!
Молча развернувшись, Игорь быстрыми шагами направился назад в лес к спрятанному там челноку. Он кипел от злости и негодования. Вот как из милой и доброй девочки могло вырасти это? Жадная, визгливая, взбалмошная и некультурная бабища. Орк какой-то, а не человек. Он за неё жизнь отдал. Невероятными усилиями еду добывал. Учил, помогал во всем. А она? Глюк! Для неё он всего лишь голос в голове. И его судьба ей совершенно неинтересна.
— Хрен тебе, а не долгая жизнь в здоровом и молодом теле! — пнул он подвернувшуюся под ноги ветку. — Да пошла ты!