— Сначала ты научишься пользоваться волшебной палочкой. Потом пройдёшь через единение со своим мэллорном. Лишь после этого ты сможешь создавать связанные с ним артефакты, как этот перстень.
— А разве это не аналог волшебной палочки?
— Нет, мой хороший. Палочка концентрирует силу волшебника. А связанные с мэллорном артефакты черпают силу от него. Слабым волшебникам выделяют не обычные волшебные палочки, а артефакты, которые связаны с мэллорном Великого сполота. Но такие сильные волшебники, как мы с тобой, полагаются не на чужую заёмную силу, а на свою и своего мэллорна.
— Тёть Наташ, а бабушка Эсмеральдина тоже волшебница?
— Конечно. Как может быть иначе?
— Но я слышал, что она родилась обычным сполотом.
— Так и было. Говорят, что дедушка Игорь настолько любит бабушку Эсмеральдину, что изобрёл единение с мэллорном ради того, чтобы подарить своей любимой магические способности и вечную жизнь. Кажется, кто-то хотел кушать?
— Да! — затрепетали его ноздри при приближении к дому. — Рыбка, я чувствую её запах…
* * *
Ещё триста лет спустя
В библиотеку Хогвартса бесшумной тенью проскользнул серый кот. Его появление в храме знаний не осталось незамеченным для строгой дамы бальзаковского возраста. Темноволосая, с внимательным орлиным взглядом карих глаз, от которых ничто не укроется. На ней было надето закрытое чёрное платье, а на голове покоилась аккуратная шляпка с широкими полями и чёрными перьями.
Кот сел напротив неё. В библиотеке в это время кроме них двоих никого не было, хотя солнце стояло в зените.
В следующий миг фигура кота поплыла и начала увеличиваться. Вскоре на его месте сидел высокий и мускулистый мужчина в обтягивающем чёрном комбинезоне. Вот только от человека его отличало вроде бы немногое, но этого хватало: розовая шевелюра, наличие кошачьих ушей вместо человеческих и кошачий хвост, что примечательно, тоже розовый.
— Привет, Джи! — беззаботно он улыбнулся и приветливо помахал правой ладонью.
— Не ожидала твоего визита, Граф.
— Я давно не Граф и не граф… А Игорь Клещик.
— Ну, а я давно не Дженнифер Джейсон. Сейчас меня зовут Ирма Пинс, — улыбнулась она. — Рада тебя видеть. Ты по делу или просто так?
— Шутишь? — шевельнул он ушками. — Когда это я прилетал к тебе по делу? Предлагаю гульнуть как следует. Я лет двадцать нормально не отдыхал.
— С удовольствием. Как раз и повод есть библиотеку прикрыть.
— По кому траур? — пробежался он глазами по её одежде.
— По директору школы. Помер недавно бедолага. Сколько я директоров повидала за эти годы… Только и делают, что мрут как мухи. Диппет ещё неплохо продержался. Помниться, ещё каких-то триста пятьдесят лет назад он мальчуганом ходил брать у меня книги, а буквально несколько лет назад всё… Нынешний директор и ста пятидесяти не протянул — так и помер сопляком.