Мы пошли вдоль реки направо и вскоре углубились в лесную чащу. По пути откуда-то сверху, с ветвей, прямо к нашим ногам прыгнул еще один кот, серый с белыми пятнами на морде и белыми лапами.

— Кис-кис, — обрадованно принялась подзывать его Ритка.

— Котофей Иванович, — Виктор нагнулся и попробовал погладить кота, но тот лишь фыркнул и гордо убежал куда-то вперед.

Наконец мы наткнулись на изгородь, покрытую мхом.

За изгородью располагалась огромная солнечная поляна. На расстоянии друг от друга стояли два больших деревянных здания. С виду постройки были новыми и очень приличными. За домом побольше трепыхалось белье на веревках. Поскрипывали качели. У дома поменьше стояли будки с собаками. За поляной высились сосны и ели.

И, куда ни глянь, везде были кошки. Разных мастей — рыжие, черные с белым, серые длинношерстные, белые, пестрые, будто борщом политые. Одни грелись на солнышке, другие нежились на травке, третьи гонялись за солнечными бликами, четвертые играли друг с другом. Все, как одна, были упитанные и наглые. Мне даже подумалось, что они здесь главные. А собаки в будках нужны лишь для одного — нести службу по их охране.

— Петрович! — крикнул Виктор и для убедительности свистнул.

Из домика поменьше вышел мужчина лет пятидесяти, в майке и рабочих штанах, вытирая на ходу руки полотенцем.

— О-хо-хо, Витястый! — радостно потряс он руками в воздухе. — А ты чего к нам не заходишь? А ты, я вижу, с барышнями? Проходьте, будьте, как дома.

Чуть похрамывая, мужчина подошел и отворил перед нами калитку. Я с удовольствием прошлась по поляне и присела на лавочку. Скинула туфли, давая ногам отдохнуть.

Ритка тем временем пошла испытывать качели на прочность.

— Вы как, самогонки нашей отведаете? — с улыбкой предложил Петрович.

— Да не могу, — отнекивался Виктор, — я бы с радостью, но на службе. гуляю вот с высокими гостями, показываю им наши красоты.

— А вы, барышни, как насчет самогончику?

— Что вы, мы не пьем, — ответила я, а про себя подумала «да еще и самогонку».

— А зря, такую нигде не попробуете, — продолжал хозяин нахваливать свое произведение, — настоящая, пущанская, она ж для здоровья. Кто только мою самогонку не пил! И самые высокие гости не гнушались…

«Так вот что за служащие проживают в Кошачьем хуторе, — догадалась я, — самогонку гонят для гостей».

Должно быть, у них тут так и построено все хозяйство. На одном хуторе самогонка, на другом, скажем, куры-гуси, на третьем свиньи. Так и обеспечивают продуктами питания.

— И чего ты пристал к людям со своей самогонкой? — на крыльце дома побольше показалась невысокая полная женщина, одних с Петровичем лет. — Пойдемте в хату, лучше я вас квасом угощу. И хлебом с салом. Нам тут недавно такое сало привезли, объедение!