А Мари, приняв удар барионника на Деремиту не остановилась, а рывком откинув клинок, продолжила движение — противник, ожидавший её выведения из строя и нацеленный на Бронзового просто не успел переориентироваться. И получил рассечение брони, тут же обозначенный как «выбывший». Замахал клинком, но арбитры не зевали — тут же заключили малый Инвиктус в полевую ловушку.

А я, мимоходом, не без иронии и интереса, подумал — а что будет. если мы с Бронзовым начнём «пересиливать» стационарные проекторы? Теоретически сможем, что самое смешное. но не до того. У нас выходила довольно напряжённая дуэль. Макенси и Кистень (ну потому что Эмик просто не мог двигаться на нужных скоростях) против двух мечущихся рукопашников. Сложность заключалось в том, что противники явно нацелились на Бронзового, ну и вывести одного из них из строя просто не выходил. Царапины на броне были, но не более. Но, на определённый момент, Мари, пожертвовав целостностью брони (не критично, но неприятно, блин) отсекла одному из противников манипулятор с барионником.

— ГАЛЕН!!! — взревел Эмик, по нашей связи акцентируя внимание на опасности, да и подсвечивая данные на экране.

— Вижу. Я за управление клинком, прикрой Макенси.

— Сделаю. Дурачьё! — скорее почувствовал, чем услышал я.

И я полностью перехватил управление Кистенём, даже не стараясь повредить, а просто отгоняя противника. А Эмик ухватил Макенси, согнулся, встав спиной к противникам. И тут — тряхнуло, причём ого-го как!

Просто враги не стали заморачиваться с последним рукопашником. И вжарили по нам, с дырявыми щитами, из всего и сразу. Ну, щит был не таким и «дырявым», да и из аккумулятора Эмик в последний момент энергии зачерпнул, последние крохи. Но слаженного коллективного залпа щит не выдержал, и нас протощило к краю ямы, через край и дальше. По спине чувствовались-фиксировались удары, телеметрия показывала повреждения… Но мы выдержали.

— Ионнику пи…ц, — сетью и динамиком констатировал Эмик в тишине.

— Лучше ему, чем нам, — резонно отметил я. — Мари, ты как?

— Благодарю вас, господин супруг, ваше великодушие безмерно!

— В порядке и хорошо. Можешь проораться, — уточнил я Эмику.

— И без твоих разрешений бы проорался, — склочно проворчал Бронзовый внутренней сетью.

А через секунду полигон трясся от воплей о величии и поверженном дурачье. Это уже не повторение, а традиция и стиль, отметил я про себя.

А в сети радовалась и ликовала команда. В момент, когда враги максимально сконцентрировались на нас, Олаф и Сидороффы ударили им в тыл. И судя по телеметрии — более чем удачно, просто выбив неожиданной атакой всех. Рукопашника «вышибло» дружеским огнём, его даже прикрыли щитом арбитры, а то от него ничего бы не осталось. Ну а нас — не прикрывали, то есть мы отделались раздолбанным ионником и покоцанной бронёй. И победа, да, тихо порадовался я.