— Переведи на человеческий. Для тех, кто только проснулся.

— Ты начинаешь вспоминать. Но это происходит медленно. Иногда больно. Иногда — с побочными эффектами, вроде мигрени, спутанных снов или… ну, внезапного желания спросить у стены: «Ты кто?»

— Очаровательно. — я потер виски. — А можно как-то… ускорить?

— Уже ускоряю, Алекс. В ручном режиме, если хочешь знать. Распределяю метаболические потоки и энергетические импульсы на участки мозга, где возможно быстро провести реконструкцию. Остальные идут по остаточному принципу. Своего рода… акупунктура. Только на мозге и с эффектами побольше.

— Было бы побольше энергии — снова завела она шарманку про то, что ей требуется подпитка.

— Так и знал, что однажды мой мозг окажется в руках моего же расстройства. — решил я проигнорировать её песни про недостаток энергии, и увести в другое русло наш диалог.

— В надёжных. — голос Вейлы стал мягче. Почти живой. — Не волнуйся. Я здесь. И я прослежу, чтобы ты вернулся к себе. Даже если тебе не всё понравится, когда вспомнишь.

Я не ответил сразу. Просто сидел, слушал тишину квартиры и шорох ветра за окном. В груди закралось странное чувство — будто что-то из прошлого уже стучалось в память. Что-то очень важное.

— Спасибо, Вейла.

— Всегда пожалуйста, Алекс. Я тут не только для аналитики. Иногда я — твоё напоминание, что ты не одинок.

— Что ж, спасибо за душевную и информативную беседу, доктор. — протянул я, потянувшись всем телом, будто пытался стряхнуть остатки сна и вчерашнего хаоса. Плечи хрустнули, спина хрюкнула в ответ. — Диагноз: мне не хватило десяти лет отпуска.

Резко хлопнув по ногам, я рывком поднялся с видавшей виды софы. Пора идти добывать энергию. Людей будем искать позже — после инициации. Пока выходить наружу, судя по звукам за окнами, всё ещё идея из разряда «в последний путь»

Подхватив строительный пояс, где болтался нож для хлеба и металлический прут — мой новый «меч из реестра богов бытовой войны» — я направился на лоджию, чтобы осмотреть местные красоты апокалипсиса.

На стекле — разводы пыли и копоти. За ними — город. Мертвецки тихий, но не до конца. Пожары, кажется, утихли. Ни тебе открытого пламени, ни клубов восходящего дыма. На горизонте, между обугленными многоэтажками, всё ещё торчали более-менее целые здания. Вчерашняя картина казалась сплошным концом света, но сейчас… в ней проступала нелепая надежда. Как пятно света в мутной луже.

— Может, я и правда преувеличивал, — пробормотал я. — Хотя, учитывая, что вчера меня чуть не съели…

Внизу, у входа в подъезд, толпились те самые «гурманы» — пятеро или шестеро монстров, которых я уже встречал. Их тела были покрыты серо-пепельной кожей, будто вылеплены из пыли и сажи. Фиолетовые прожилки пульсировали в такт — словно вены, наполненные жидкой грозой. Один из них склонился над чем-то… или кем-то. Остальные жевали с ленивым, почти домашним спокойствием.