— Какие?– Но сперва… — с лёгкой, почти кокетливой ноткой вмешалась Вейла. — Рекомендую съесть пару энергетических камней. В противном случае возможны… последствия.

— Повторная потеря сознания, потеря памяти, галлюцинации, смерть или… ты начнёшь разговаривать исключительно цитатами из классиков русской литературы.

— Ладно… Камни так камни.

Я достал из внутреннего кармана пару кубиков — обманчиво красивых, но по вкусу… всё так же словно тебе в глотку плюнул призрак с аллергией на всё вкусное.

Глотнул. Проклял. Глотнул. Проклял. Глотнул. Проклял.

— Готов? — снова спросила Вейла.

— Нет. Но все равно погнали.

В следующий момент всё исчезло. Кабинет, потолок, закат — всё ушло в небытие. Осталась только она и темнота. И где-то, вдалеке, на границе сознания… воспоминания начали открываться.

* * *

Я покидал своё крыло с тяжестью на душе, в которой странно уживались облегчение и безнадёга. Радость от того, что на моём маршруте не оказалось новых чудовищ, была глупо мелкой в сравнении с тем, что я успел уже увидеть.

Образ женщины — её разодранного тела, которое с удовлетворенным чавканьем пожирало чудовище. Беспомощный взгляд остекленевших глаз Всё это цепко вонзалось в память, как ржавый крюк.

Я сглотнул, но ком в горле никуда не делся.

Импровизированное оружие — тонкий металлический прут, изогнутый, но всё ещё крепкий. Я сжал его покрепче, перехватывая под руку. А на поясе болтается нож для хлеба, с кусочками плоти на зубцах. Вокруг было тихо, но тишина эта была неестественной, словно дом сам задержал дыхание, прислушиваясь вместе со мной.

Завывания. Шорохи. Их источник находился в противоположном крыле. Именно его я слышал вчера, когда проходил к своей намеченной цели. И именно туда я направляюсь сейчас, как в клишированных фильмах ужасов.

— Вейла, будь на чеку. Я, конечно, понимаю, ты стараешься, но… не как в прошлый раз, ладно? — пробормотал я почему-то вслух, стараясь не поднимать голос. Такой диалог меня успокаивал.

— О, прости меня, великий мастер выживания, — отозвалась она с ехидцей. — Ты же сам поздно отреагировал. А потом ещё удивляешься, что чуть не стал ужином для больной мечты вивисектора.

— Я просто просил быть повнимательнее, а не читать мне лекции. — устало хмыкнул я, ступая по пыльному полу, покрытому тонкой паутиной заброшенности. Всё выглядело так, будто люди исчезали в спешке, и не были готовы к произошедшему. Оставляя после себя кружки на столах, фотографии на стенах, неубранную постель.

Вейла фыркнула и исчезла в глубинах моего сознания, как обиженный голос автоответчика.