На экране быстро замелькала мириада строк, из которых я успел выхватить глазами некоторые из них:

Файл 002389_логин.db повреждён. Попытка восстановления… [НЕВОЗМОЖНО]Ошибка хранения. Данные утеряны. Сектор 145-В не найден. Повторить попытку? [ОТМЕНА]

Зрелище было завораживающим — это как наблюдать, будто рушится небоскрёб, этаж за этажом, пока не остаётся только пыль.

Серверы пытаются бороться. Спинным мозгом ощущал тревогу, бьющуюся внутри компании, и их попытки повлиять на происходящее. В ход пошли стандартные алгоритмы восстановления, но они не способны работать с хаосом, родившимся под моим чутким контролем. Каждый новый запрос на восстановление натыкался на несоответствие, на фальшивые данные, на коды, которые уже не имели никакого смысла.

Я включил резервный канал мониторинга, чтобы убедиться, что стирание затронуло не только наши данные, но и файлы компаний, которые я использовал как прикрытие. Да. Всё сгорает. Логины, пароли, финансовые отчёты — всё это медленно растворялось в цифровом вакууме.

Я откинулся назад, вытирая ладонью пот со лба. Всё шло по плану, идеально исполненному, пусть и не идеально срежиссированному.Таймер показывал ещё 25 минут.

Теперь оставалось только наблюдать, как цифровая буря довершит начатое.

— Да, Лекс, ты — гений, — усмехнулся я, произнося слова вслух. Пусть это и звучало самодовольно, но в данной ситуации я был абсолютно прав.

Быстрым движением я закрыл рабочий софт, тщательно погасил сессию, оставляя после себя лишь цифровые обломки. Криптоключи уничтожены. Логи подчищены. Всё, что могло выдать моё присутствие, исчезло в вихре нулей и единиц.

Они не найдут ничего.

— Им явно стоит уволить своего системного администратора. А лучше застрелить.

Я хмыкнул, представляя, как в этот самый момент где-то в серверной комнате администратор, халтуривший на своём дежурстве, подбегает к экранам мониторов, на которых тревожным красным свечением мигают десятки ошибок. Его лицо, сначала выражающее лёгкое удивление, вскоре превращается в гримасу первобытного ужаса. Пальцы беспомощно мечутся по клавиатуре, команды не работают, системы рушатся одна за другой. Откуда-то звучит сигнал тревоги.

Внутри разразилось цифровое безумие.

А у меня? У меня — чизкейк.

Я аккуратно подобрал последний кусочек с тарелки, провёл языком по губам, ощущая насыщенный вкус клубники и сливочного сыра. Этот момент следовало смаковать так же, как я смаковал свою работу.

Таймер тикал.

Сейчас должна была сработать моя программа, та самая, которая перегрузит сервер резервных копий. Я представил, как в подвале здания, среди рядов холодных стоек, сервера начинают греться.