– Сейчас ты сама сможешь контролировать процесс.
– Я не умею совсем.
– Я помогу, моя красавица. Ориентируйся на свои ощущения. Я подстроюсь.
И мою глубину заполнило нечто огненное. Огромное и приятно твёрдое. Денис подхватил меня под бедра. Приподнял и медленно опустил обратно.
Я скользила по стволу постепенно увеличивая темп и наклоняясь губами к лицу Дениса. Он накачивал меня удовольствием, и я подавалась навстречу его естеству. Перед глазами всё плыло и когда он с силой насадил меня до упора, наш небосклон окрасился яркой вспышкой удовольствия.
Я лежала на его вздымающейся груди и целовала губы, щёки, глаза. Мне кажется, что я не пропустила ни одного сантиметра ставшего таким родным лица. Денис присоединился к этой ласке и вскоре мы млели и нежились от поцелуев.
– Алёнушка, это было невероятно здорово. Я чувствовал, как ты сжимаешь меня в секунды наслаждения. Сегодня это было как-то особенно сильно. – Он немного помолчал. – А что чувствуешь ты? Ты никогда не говоришь, понравилось ли тебе, что ты ощущаешь?
– А что тут можно сказать? Мне с тобой очень остро. Можно сказать, что я с тобой горю.
– Здорово. Это для меня очень важно.
– Я очень боюсь.
– Со мной ничего не бойся.
– В том-то и дело, что с тобой. Эх, неважно. Забудь. Не хочу портить минуты нежности.
Денис явно хотел продолжить разговор, но я прижала к его губам палец. И он, поцеловав его, смирился с молчанием.
Мы ещё немного покачались на волнах. Потом оделись и вернулись домой ещё в темноте. Спали уже в огромной удобной кровати с клетчатыми простынями.
Просто спали. Это была всего лишь третья ночь, проведённая с Денисом. Но это уже было так привычно. Как будто мы женаты сто лет. И есть сложившийся ритуал перед сном.
Он укладывает меня к себе спиной на бок. Потом сгибает ноги, чтобы я разместилась на его коленях, как на стуле. Прижимает ближе, подтыкает одеяло по периметру и целует в затылок.
Руку, которой Денис обнимает меня, я прижимаю к своей груди. И баюкаю, как ребенка до самого утра. Как это случилось? Я не понимаю.
Прожив с Герой больше 5 лет, мне всегда с ним было неудобно. Все эти годы мы ночами ворочались, раскрывали друг друга, толкали, занимали всю постель. И никогда не могли уснуть, если соприкасались, хоть небольшим участком кожи.
С Денисом всё совсем не так. Я знаю, что нельзя сравнивать двух мужчин. Но делаю это в своей голове без остановки. Мне больше не с кем. С Денисом я не чувствую, где заканчиваюсь я и начинается он.
Когда в школе нам рассказывали про конгруэнтность, говорили, что это полное совпадение. И я никак не могла понять, что это такое. Помогла в этом вопросе математичка. Она, услышав мои стенания, нарисовала на доске квадрат. Потом разделила его ломаной зигзагообразной линией. И сказала, что полученные фигуры внутри квадрата абсолютно конгруэнтны. Между ними нет ни единого зазора, какими бы неправильными они ни были.