– Она говорит, что рада с тобой познакомиться. Сирварт тебя понимает прекрасно. Она отличная хозяйка и видит будущее. Не как гадалка, а крупными событиями.

– Она и сейчас что-то предсказала?

– Это трудно интерпретировать. Меня она обрадовала, что я нашёл наконец-то своё счастье. И моё счастье – ты.

– А мне? Что она сказала мне? – Отчего-то в груди сжало тревожным предчувствием. Я не верю гадалкам. Никогда не ходила к шаманам и ведуньям. А сейчас занервничала. Денис потёр переносицу.

– Я не очень хорошо знаю язык. Тебе она сказала, что ты потеряла своё счастье на дороге, а найдёшь в городе, где всюду вода. Но не сейчас, а позже.

– Интересно. Твоё счастье – я, а моё не ты?

Женщина замахала руками, засмеялась. Потом снова начала говорить, размашисто жестикулируя. Показывала то на меня, то на Дениса. А потом помахала указательным пальцем и снова улыбнулась лучистой материнской улыбкой. Я выжидающе смотрела на Дениса.

– Сирварт говорит, что мы молодые, поэтому не понимаем. Счастье мужчины – любимая женщина. И я её уже нашёл. А счастье женщины – ребёнок, которого она родит от любимого мужчины. И ты его привезёшь из места, где всюду вода. Но не сегодня. То есть не сейчас. Как-то так. Я ещё спрошу поточнее у Левона.

Моё сердце сжалось до боли в рёбрах. Дыхание перехватило. Но я нашла в себе силы ответить.

– Спасибо большое. Моё счастье не в детях. Я не буду рожать, уважаемая Сирварт. Спасибо за ужин. Ну и ещё что-нибудь ей скажи, пожалуйста от себя. У меня закончилось красноречие.

Голос дрогнул и в глазах начало печь. Денис что-то быстро затараторил. Женщина замахала руками с абсолютно счастливым видом. И если бы Денис резко не обрубил диалог, выставив вперёд руку, она бы продолжала улыбаться и счастливо щебетать.

Слёзы полились потоком. Я ничего не могла с собой поделать. Расплакалась на ровном месте.

– Тихо, тихо, Алёнушка. Сирварт сказала, что ты напрасно расстраиваешься. У тебя всё будет отлично. Нарожаешь… – договорить он не успел.

– Стоп! Вот сейчас давай очень внимательно. Денис, мне это очень больно. Я. Не. Хочу. Говорить о детях. У меня их не будет. – И когда увидела, что он набирает воздух, для продолжения – Ни слова!

И Денис отступил. Сирварт попрощалась и исчезла за массивной деревянной дверью. А меня охватил заботой Терлянский.

Кормил вкусностями, укутывал мягким пледом. Убаюкивал. Мы никуда не выходили вечером. У меня уже тянуло живот и спину, а Денис не захотел меня оставлять одну. Отвлекал, рассказывал, как строил этот дом.

– Поехал отдыхать в горы. Возвращался один. Когда добрался сюда, машина заглохла. Вышел и присел прямо в траву. И ощутил такой покой, такое счастье, словно не было нервного бизнеса, суетной жизни. Мимо шёл Левон, спросил, буду ли я строиться, и я ответил согласием. И теперь приезжаю сюда перезагрузиться. Здесь хорошо спать, читать или просто ничего не делать. Ты увидишь. Мне кажется, что у меня даже прибавляется здоровья, когда я сюда приезжаю.