Когда Антон скрылся за поворотом, дошла до лавочки и присела на краешек. Меня была дрожь. Вокруг прогуливались семьи с детишками, молодёжные компании, целовались парочки.
А я была одна во всём мире. Мне даже рассказать о ссоре с Антоном некому. Потому, что тогда придётся раскрывать и условия договора с Терлянским. А человека, которому я могла бы настолько открыться, нет.
Дрожь уже невозможно было сдерживать. Меня колотило всем телом.
– Возьмите. – Возле меня остановился Илья. Он протягивал свою ветровку.
– Спасибо, не нужно. Вам будет холодно.
– Наденьте куртку. Вы намокли и замёрзли. А у меня сухая рубашка. – Он дождался моего кивка и помог вдеть руки в рукава. – Пойдёмте в машину. Там тепло и есть какао.
– Откуда?
– Денис Гордеевич распорядился, чтобы я возил для вас в термосе. Пойдёмте, пожалуйста.
Мне так было приятно от заботы постороннего человека. Это так трогательно. Что захотелось поскорее юркнуть в машину и забыть неприятный разговор.
В салоне было тепло. Илья включил обогрев сиденья, налил в термо стакан с крышкой ароматный напиток и протянул мне. А потом укутал меня плюшевым пледом смешной расцветки.
– Спасибо вам большое. Я уже вполне согрелась. И какао выше всяческих похвал. Это очень приятно. Могу отдать вам ветровку.
– Посидите пока в ней. Волосы ещё не высохли.
И правда, пряди были влажными. Но я уже не дрожала.
– Илья, простите мне моё любопытство, а как вы меня называете?
– Не понял вашего вопроса.
– Вас же назначили меня охранять, правильно?
– Да.
– Как вы называете человека, которого охраняете? Не именно меня, а любого.
– Общее формальное название «клиент».
– Спасибо. Вы мне очень помогли.
Действительно, это простое слово прояснило ситуацию в моей голове. Надо просто вернуться к договору. Терлянский – заказчик, я – исполнитель. Всё чётко и понятно. Надо просто выполнять обязательства.
Мы вместе поднялись в номер. Я вернула ветровку и уселась в кресло с пледом.
– Илья, Денис Гордеевич пока что не вернулся. Вы не могли бы посидеть со мной до его прихода.
– Нет.
– Вам запрещено?
– Нет, никаких ограничений по способу охраны нет. Но вам не нужно провоцировать мужчину.
– Я вас не провоцирую.
– Речь шла о Денисе Гордеевиче. Мужчине неприятно, когда его женщину успокаивает другой мужчина.
– Я не его женщина.
Лицо охранника не дрогнуло ни на секунду. Он был спокоен и бесстрастен. Воплощение уверенности и справедливости.
– Тем более, если вы его напарник или партнёр. – Он забрал ветровку и вышел из номера. А я осталась с двойным неприятным осадком. От ссоры с Антоном и разговора с Ильёй. Они оба ставили меня на место.