Сморгнув выступившие слезы, я на секунду отвлеклась и сама не поняла, как оказалась в крепких объятиях Данриэля. Правда, мне даже не удалось оценить, нравится мне это или нет, ведь Дан отпустил меня почти сразу. Только коротко выдохнул:

— Ты сокровище. Мое сокровище.

Дан увлек меня к центру зала. Раздались вступительные аккорды, и вокруг нас взвились сердитые, недоверчивые шепотки. Надеюсь, Орин услышит что-нибудь интересное.

Прошло несколько секунд, и музыка полностью перекрыла все постоРоние звуки. А я вдруг осознала, что все-таки надо было кое в чем признаться!

— Дан, — выдохнула я, — наверное, я не вовремя… Но знаешь, до тебя я танцевала только со старой метлой.

— Я буду лучше метлы, обещаю, — серьезно произнес он и добавил: — Доверься мне. Я не дам тебе упасть.

Шаг, поворот, шаг, поворот — Данриэль крепко прижал меня к себе и… «Кажется, старая метла — это я», — хихикнула я про себя. Ведь правда, мне ничего не приходилось делать. Хранитель Теней справлялся сам.

Не знаю, как мы смотрелись со стороны, да и не хочу знать. Мы кружились в центре зала, вокруг нас роем носились золотые искорки, и я была счастлива. Просто оттого, что на время этого танца холодные-холодные, морозные глаза Хранителя Теней были просто серо-голубыми. Просто обычными глазами обычного человека.

Музыка стихла, искорки взметнулись к стрельчатым сводам, а вокруг нас всколыхнулось море опасливых, осуждающих взглядов. Но при этом никто не рискнул обратиться к Дану.

— Пойдем на балкон? — попросила я. — Пообщалась уже со Стражами Закона, теперь хочется поскучать в темноте и одиночестве.

— Они обидели тебя? — нахмурился Дан.

Я не хотела лгать. Лгать тому, с кем предстоит прожить всю жизнь, — величайшая глупость.

— Меня обидело их отношение к Теням, — вывернулась я. — А после я позволила себе быть откровенной и, весьма вероятно, тоже их обидела. Так что мы квиты.

— Ты не обязана быть сильной, — уверенно сказал Данриэль. — И ты не обязана… Не разделять их мнение.

«С кем же ты общался раньше, Дан, что так думаешь? Неужели ты правда считаешь, что я могу улыбаться тебе, говорить с тобой, жить с тобой и одновременно поддерживать гнусные слухи? Смаковать оскорбления и, быть может, придумывать новые?!»

— Это не мой путь, — сухо сказала я. — Если тебе интересно, то сейчас ты обидел меня.

— Прости, — коротко произнес Данриэль.

Мы вышли на балкон, и я поразилась тому, как быстро стемнело. Если бы я не знала, сколько времени, могла бы решить, что уже наступила ночь.

— Почему так темно?

— Корвус прикармливает светлячков. — Дан кивнул на рой золотых искорок. — И на время приемов накрывает свой замок куполом тьмы, чтобы малыши чувствовали себя вольготно и радовали гостей.