Взрослые и солидные люди хохотали, возились, словно маленькие, тащили из шляпы записочки, хором пели песни, в которых встречались те самые слова…

Устраивали фотопробы и писали пожелания на Новый год.

Садились за стол второй раз, выпивали, закусывали и танцевали.

Искали подарки под елкой и хором звали деда Мороза, который таки прибыл, раздал всем забавные сувениры и станцевал брейк-данс…

К четырем часам утра компания разъезжалась абсолютно довольная. Забирали спящих детей, благодарили за чудесную ночь, наперебой хвалили ужасно довольную Киру.

Борис Викторович посмотрел на усталую, но довольную Киру, на Анну, которая вышла из тени и от души обнимала девочку, поздравляя с первым балом, и вдруг обнял обеих.

— Девочки, вы были великолепны!

— Папс!

— Мы просто…

— Вы замечательные. И с меня причитается. Но — завтра. А сейчас спать.

Девушки не возражали.

Анна честь по чести расплатилась со студентами, выдала им премию, нагрузила сумками с продуктами и вызвала такси.

Ребята уезжали довольные.

Работа работе рознь, но эта была и хорошо оплаченной, и веселой, и Новый Год хорошо встретили — что еще надо?

Дом затих.

* * *

Анна вытянулась рядом с Гошкой.

Обняла сына, прижала к себе покрепче, и подумала, что жизнь — чудесная штука.

Скрипнула дверь.

— Кира?

— Ань… можно с вами полежать?

— Не спится?

Такое Анна видела не раз. Кажется, сейчас упадешь и уснешь, но куда там! Словно завод еще не кончился…

— Не-а, думала, отключусь, но не получается.

— Ложись.

Анна подвинулась, и Кира залезла на кровать. Потянула за собой одеяло, завернулась.

— Все было просто улет!

— Ты была великолепна.

— Ань, а ты меня научишь? Ну, чтобы самой так же…

— Конечно.

Анна тихо начала рассказывать про правила сервировки стола, перешла к рецепту… примерно через пятнадцать минут Кира зевнула, засопела — и отключилась. Анна укрыла ее получше, притянула к себе Гошку и уже сквозь сон услышала Смайлика, который прыгнул на кровать.

Кот мурчал и загребал лапами, но люди так умотались, что их и трактор не разбудил бы. Так что кот вытянулся поперек кровати и тоже уснул.

Он был доволен и счастлив. Ему досталось несколько кусков мяса, и со стола его подкармливали, и стащил он кое-что…

Праздники — кошачье счастье.

Дом спал.

И ему снились тихие счастливые сны.

Дому снилась большая семья, которая живет в нем, снились бегающие по лестницам дети, снились качели во дворе, под вишнями, снились кошки на подушках и большая мохнатая собака рядом с камином…

Сбудется ли?

Но кто сказал, что дом не может загадать желание на Новый Год?

И кто сказал, что Дед Мороз его не услышит?