— Место есть, — покосился Майкл вокруг. — Стоп, почему мы рассуждаем так, словно твои слова — правда? Видишь будущее? Это…
— Спокойствие, — приподнимаю руку, — вдох и выдох. Вот так, да. А теперь скажи, откуда я мог узнать то, что ты никому не рассказывал?
— Какой-то трюк? — скорее спросил он, чем ответил.
— Сразу у всех? — добавляю в голос скепсиса. — И лагерь тот, небось я сам и заминировал? Не неси чушь.
Во-о-от! Куча неверия, даже когда сообщил секретную информацию! А что было бы, если бы обошёлся только сведениями о лагере? Меня подняли бы на смех!
— Давайте для начала посмотрим на этот самый лагерь, а там и решим, как дальше будем действовать, — вклинилась Сара.
— Если собирать заражённых, — говорю я, — то возле реки мы столкнёмся с парочкой. Можно будет попробовать использовать их. Всё-таки, после взрыва, даже если их натурально разорвёт на куски, хоть одна конечность останется, так что смогут ползти и снять ещё одну-две мины.
— Значит осталось лишь придумать, как заманить их на нужное место? — улыбнулась женщина. — Что же, давайте устроим мозговой штурм.
Глава 2
— Уши! — успеваю я выкрикнуть, попросту наплевав на зомби. Их в любом случае перетянет на себя взрыв. Том и Лэнс успевают заткнуть их пальцами, открыв рот, как и все остальные.
Зачем вообще открывать рот? О, хороший вопрос! Всё просто: при взрыве раздаётся очень громкий звук (образуется мощная воздушная волна); этот звук (эта волна) создаёт большой перепад давления между средним ухом и окружающей средой, что может повредить барабанную перепонку; если же человек открывает рот, то давление легко выравнивается посредством слуховых труб.
Вот так-то!
Успел заметить — так как взглянул в окно, — что один из трупов, шедших за пачкой петард, которые неожиданно успешно мне пригодились, — замер, оглянувшись в сторону фургона (отреагировал на мой крик), но уже ничего не успел сделать. Его «товарищи» прошли дальше, вслед за хлопками и… организовали взрыв.
Бахнуло от души! Да так, что нашу машину качнуло поднятой взрывной волной, но, к счастью, она устояла, не перевернувшись набок.
Трупов покрошило на куски, но живучие ублюдки плохо реагируют на смерть. Создаётся ощущение, что она, хех, вообще не любит приходить к ним!
Куски давно мёртвых, но почему-то двигающихся людей, активно шевелились. Я знал, что это временно, ведь вскоре движения продолжат лишь те части, которые подключены напрямую к мозгу. Но в данный момент, какая-то остаточная сила, чуть ли не мистического прока, заставляла руки и ноги, отделённые от тела, дёргаться и пытаться двигаться хоть куда-то. Учитывая, что они не видели и не слышали… не знаю, в чём была цель.