Это не должно быть трудным решением, но, чёрт возьми, оно такое.
Мои глаза возвращаются к трекеру, изучая его так, будто он содержит ответы на все вопросы мира.
То, что я сделала до сих пор, ещё можно простить. Я могла бы рационализировать это. Но это, передача их местоположения федералам — это уже совсем другой уровень дерьма, даже несмотря на то, что я теперь с федералами — это будет нарушением омерты. И пути назад не будет.
Но когда я изучаю карту, сосредотачиваясь на маленькой красной линии, обозначающей, как я полагаю, их транспортное средство, воздух вышибает из моих лёгких. Чем больше я смотрю, тем хуже становится. Нет, нет, это не может быть правдой. Мои руки неконтролируемо трясутся, когда я перепроверяю маршрут, надеясь, что я ошибаюсь. Но вот оно, смотрит мне в лицо.Литтл-Ривер-Хом .
Какова вероятность, что они были прямо там в ту же ночь, когда был похищен ребёнок?
— Нет. — Я качаю головой в отрицании, делая шаг назад от ноутбука. — Нет. Нет. Нет.
Но доказательства прямо передо мной, неоспоримые и обвиняющие.
— Ну, я узнал больше о… — Майкл замолкает с кашлем, его светло-голубые глаза останавливаются на моих. — Нам нужно было обсудить курс действий в отношении… ситуации, поэтому мы пришли подождать тебя.
Хриплый голос Рафаэля: — Тебе следовало позвонить мне.
Воспоминания зацикливаются в моей голове, как ужасная плёнка, снова и снова, и снова, пока я не готова сломаться. Я зажимаю уши руками и закрываю глаза, пытаясь физически заблокировать правду. Но это бесполезно. Мои колени подкашиваются, и я позволяю себе рухнуть на пол, раскачиваясь вперёд-назад, пока мой разум ведёт войну с моим сердцем.
Должно быть объяснение. Должно быть. Должно быть.
Какое ещё может быть объяснение? Стейси показала тебе доказательства, в которые ты отказывалась верить, и теперь ты не веришь тому, что видела собственными глазами?
Приходит ещё одно сообщение, прерывая мою внутреннюю бурю. Я медленно убираю руки от ушей, чтобы проверить его.
Стейси
Ты там?
Что это говорит обо мне, что даже сейчас, столкнувшись с неопровержимыми доказательствами, я всё ещё не могу полностью принять, что Рафаэль способен на нечто подобное? Неужели я действительно выберу своё сердце вместо того, чтобы поступить правильно?
Что бы сделал мой отец?
Даже когда эта мысль приходит мне в голову, я знаю, что она бессмысленна. Потому что я уже точно знаю, что бы он сделал. Томасси Росси был героем, который погиб при исполнении служебных обязанностей, пытаясь восстановить справедливость. И кто убил его? Альфонсо Моретти — отец Рафаэля.