Ой получилось не просто так.

На плечи Ане легли тяжелые прохладные ладони, к спине прижалось такое же прохладное тело.

— Аня?

И вопрос был задан таким собственническим тоном…

Аня в шоке обернулась.

Ох, твою змею!

Найденыш стоял позади нее, в одном халате, распахнутом на груди. Да, еще в медальоне, размером с суповую… ладно, десертную тарелку.

А учитывая ее домашний вид, и объятия…

Козе понятно, что подумает участковый.

— Э… я не вовремя?

Аня вздохнула.

— Может, завтра поговорим?

— Нет-нет, ты распишись только, — засуетился Петя, подсовывая лист. Аня пробежала его глазами и черканула закорючку. — Все, беседа проведена, до встречи…

И слинял, только каблуки прогрохотали по лестнице.

Аня зло поглядела на найденыша.

— Что? Это? Значит?

Мужчина с невинной улыбкой развел руками. Мол, не понимать. Совсем моя глупый, вот так. Но Аня почему-то была уверена, что все проделано нарочно.

Гад!

Оставалось только хлопнуть дверью.

* * *

Эреш с интересом поглядел на женщину. Она аж искрила от возмущения, но мужчина за собой никакой вины не чувствовал.

С чего бы?

Его нора, его… ладно, пока не его во всех смыслах самка, но раз уж приютила…

Теперь он просто обязан ее отблагодарить. Даже в этом смысле, если она пожелает. Тем более, что когда она сердито сопит, у нее так интригующе вздымается грудь под тонкой одеждой. И то, что ниже, тоже очень даже…

А если у мальчишки были какие-то планы… стоило бы научиться отстаивать свою женщину, а не уползать при первых же признаках опасности, поджав хвост.

Молнии в голубых глазах постепенно успокаивались. Женщина кивнула в сторону комнаты…

Как можно жить в таком кошмаре? Это же настоящий загон! У него лошади лучше жили на конюшне! А ведь живут люди… хотя это существа неприхотливые — везде выживут.

Эреш довольно улыбнулся и направился вслед за своей спасительницей. Ему надо было изучать местный язык. А еще — восстанавливаться. Ему удалось подключиться сразу к нескольким леям, и он очень медленно насыщался. Помогали кошки.

Как ни странно, эти твари оказались неплохими энергетическими донорами. Приходили, мурчали, терлись пушистыми боками… раньше ему это не нужно было, но сейчас каждая капля силы была в масть, каждая крошка…

Женщина старалась ему помочь, он это видел. Кое-как учила языку…

Странный это был язык. Резкий, чистый, звонкий, достаточно певучий и совершенно непривычный. Но понять по смыслу можно было многое.

К вечеру второго дня Эреш уже мог более-менее объясняться дома.

Не путал унитаз с холодильником, не боялся телевизора и даже пробовал осваивать компьютер. Конечно, напечатать что-то не выходило, буквы он пока не знал, но потыкать мышкой в картинки был вполне способен.