— Почему мы не можем поехать вместе?

— Ты не устал?

— Нет.

— Тогда поехали. Только рубашку поменять надо…

Эреш фыркнул.

— Я пользуюсь успехом у местных самок.

— Местных бешеных самок.

— Вредина.

— На том стоим.

— Я все равно не поддался. Я хранил верность тебе, — пафосно провозгласил Эреш.

Аня тоже фыркнула.

— Что вы, не надо таких жертв, я их недостойна…

А глаза у обоих были серьезными…

Флирт?

Подшучивание?

Или — всерьез?

Признаваться было откровенно страшно. Даже василиску. Даже себе самому.

* * *

Домик в деревне встретил явившуюся на следующий день парочку теми же лопухами. И ехидным призраком, возникшим словно из-под пола.

— Явились? Чего нашли?

Аня вызверилась на призрака.

— А это вы мне скажите, многоуважаемый Михей, почему вы себе наследника не нашли?

— И подробнее, пожалуйста, — Эреш положил Ане руку на плечо. — Есть человек, в котором явно течет ваша кровь, но сможет ли он ее принять и не нахвататься родовых проклятий… одним словом — мы ждем.

Призрак заколебался.

— Ну…

— Уедем, — честно предупредил Эреш. — Силы у вас лет на сто хватит, а потом развеетесь без возможности вернуться в мир.

— Вы точно нашли?

Твою змею! Сомневаться он тут еще будет!

Аня пролистнула фото в телефоне.

— Ваш правнук.

— И что?

Пальцы листнули на фото Марии.

— Неофициальный правнук… правнучка.

Призрак замер. Вгляделся.

— Да… похожи. Ладно, присаживайтесь.

— Долгий разговор?

Призрак даже помутнел.

— Не то, чтобы… неприятный. Для меня.

— Так может, ты с духом соберешься, а мы через месяц приедем? — вкрадчиво предложил Эреш. И был остановлен взмахом руки Михея.

— Нет! Не надо…

Аня облокотилась об Эреша, который обнял ее правой рукой за талию, и оба приготовились внимать.

История получилась грустной.

Михей родился еще до революции, и мировоззрение у него было вполне определенным. Воевал, да… В гражданскую он был еще мал, а вот финскую, великую отечественную — застал. На второй и любимую потерял.

Состояние — представляете?

Аня с Эрешем почему-то переглянулись — и кивнули. Мол, да, представляем.

Сначала Михей воевал за родину. К такому боги относятся спокойно, и доброжелательно. Это не христианство, славянские боги другой щеки подставлять не учили. Оно и понятно, иначе бы народ не выжил. Вера воинов и для воинов…

Но!

Михей переступил черту.

Когда погибла его любимая, он сорвался с цепи. Девушка была «ночной ведьмой». Что это такое?

Риск. Но не только. Еще их боялись. Немцы их так боялись, что лучше «ведьмочкам» было живыми в плен не сдаваться. Их буквально на куски рвали, вымещая свою злобу и неполноценность…

Михей сделал для любимой все обереги, но нашелся и с немецкой стороны кто-то знающий.