Впервые за всё время я решил прибегнуть к той магии, которую до этого считал бесполезной. Хуже неё только водная магия, которой могу себе воды в стакан налить. И о чудо! Она мне помогла. Воздушные клинки справились с поставленной задачей на отлично. Улитка их даже не заметила и с первого же моего залпа лишилась глаза. Он упал на землю и растворился, впитавшись в землю. Вот только, отрубленный глаз отрос заново, а сама улитка стала чуть меньше.

Я начал понимать, что тут происходит, и на моём лице появился оскал.

Битых полчаса я запускал в неё воздушные клинки. Улитка теряла глаза, части головы, но никак не останавливалась. Мне приходилось прыгать, бегать, кружить вокруг неё, как цирковой шут, лишь бы она меня не достала. И в конечном итоге, напротив меня осталась улитка размером с тумбочку. Теперь она уже не выглядела так грозно, а вот я потратил почти все свои силы на то, чтобы довести её до такого состояния.

Мне вспомнились аборигены, которых я встретил во втором разломе. Вот там всё, правда, было просто, но только с физической точки зрения. Туземцы не могли доставить мне хлопот, а вот эта улитка… Цвет рифта вроде один, а отличия грандиозные! И чего только стоит синий рифт? Тот самый, где я достал яйцо Няшки. Вот разве он был сложным? Да этот в разы сложнее! Хотя мне, скорее всего, повезло найти к ним нужный подход раньше, чем они меня прикончили.

По сути, эта улитка тоже лёгкий противник. Уворачиваться от её атак проще простого, а сама она совсем не умеет защищаться от воздушной магии. Разве что попади сюда человек, неспособный эту самую магию использовать… Ух, у него были бы серьёзные проблемы. А мне… мне просто повезло родиться в сильном теле. Но новые заклинания мне всё же следует изучить. Хотя, пока не знаю как, но и с этим, думаю, разберусь!

— Ну, зараза… — я усмехнулся и схватился за меч. — Пора нам прощаться!

Хотел уже прирезать улитку, как она меня вдруг снова удивила. Вместо того, чтобы попытаться защитить себя или напасть, она склонила голову и запищала. Боится меня? Не хочет умирать?

— Слушай, так уже как-то неинтересно, — я вздохнул. — Ты хоть сделай вид, что нападаешь. Не могу я безоружных убивать.

Улитка подняла свои глазки, выпрямила их и посмотрела на меня как котёнок, жалобно молящий о пощаде. Чёрт! И что мне с ней делать? Вот теперь мне совсем её убивать не хочется, но и не закрыть этот рифт я не могу.

— Да грохни ты её, и дело с концом! — Первому не нравилось, что я проявляю излишнюю доброту к существу, которое планировало меня прикончить.

— И без тебя знаю, что надо её убить. У меня других вариантов нет, но не могу я! — сказал я это вслух, и улитка дёрнулась. — Да, блин!