— Мудила, да я тебя на куски порублю! — Щука закричал так, что у меня динамик в телефоне затрещал. — Молись, чтобы я до тебя не добрался! Оглядывайся!

— Воу-воу! — я продолжил смеяться. — Ты чего такой злой? Не с той ноги встал? Знаешь, я слышал, что в таких делах хорошо помогает настойка пустырника. Староват ты уже, чтобы с молодёжью так разговаривать. Нервы могут не выдержать, глядишь, помрёшь раньше времени, всё веселье испортишь. Не хочу, чтобы сердечный приступ забрал у меня всю славу.

— Какую ещё славу, сопляк⁈

— Как, какую? Хочу стать тем, кто избавит этот город от раковой опухоли в твоём лице. Слышал, что волков называют санитарами леса? А знаешь почему? — я сделал театральную паузу. — Из-за того, что они избавляют лес от тех, кто может разносить заразу. Чтобы другие животные не померли. Вот и ты — зараза, Щукин. А я, стало быть, волк.

— Я не понял, что ты собрался делать? — не знаю, переживает он или просто интересуется, но компромат я использую иначе, нежели так, как придумала Катя. — Я думал, мы с твоей подстилкой договорились обо всём! Ты отдаёшь мне компромат, я выпускаю Егеря!

— Да? — я сделал вид, что удивился. — А со мной ты ни о чём не договаривался! Лично я считаю, что Егеря смогу вытащить сам и ты мне для этого не нужен. Что касается компромата, я использую его в своих целях. «Сталь-Юн» ты уже потерял, готовься потерять и всё остальное. Я не намерен прощать тех, кто пытается меня убить. Да и если бы ты хотел выйти со мной на мирную тропу, ты бы точно не стал называть мою невесту так, как ты её назвал. Аривидерчи, Щука!

Я сбросил звонок и широко улыбнулся. Разговор прошёл именно так, как я и планировал. Не хочу я с ним мириться, вот не хочу и всё. Я уже положил глаз на его склады. Да и что-то мне подсказывает, что подлянку он мне устроит, это точно, даже если скажет, что вопрос мы утрясли. Не верю я таким типам и никогда не стану верить. Они хитрые, ушлые и во всём ищут себе выгоду. Он и согласился только потому, что у меня на него компромат есть.

Катя всё же молодец. Правильно поступила, сделав тот звонок. Теперь Щука, преисполненный надежд, что всё будет хорошо, трясётся где-то там, в своём логове и злится, что я его опрокинул. И до чего же я всё-таки люблю выводить людей из себя. Мания у меня какая-то, что ли? Будь я обычным человеком, точно записался бы к психологу, но я ведь пересмешник! Может, это у меня в крови? Ха-ха! Надеюсь, что так.

В любом случае, вывести противника из себя — это основа-основ. Гнев поглощает рассудок, и человек хуже мыслит, а значит, у меня уже появилось перед ним преимущество. Но Егеря нужно как можно быстрее вытаскивать. Хорошо, что, пока я ехал сюда, я уже этим озаботился и набрал Покровскому. Когда он услышал про компромат, который я нарыл на Потёмкина, он тут же загорелся идеей засадить его куда подальше и наподольше.