Я долетел до станции "Горки". До следующей — "Дубравной", я добрался по туннелю метро, стараясь поменьше дышать спертым, затхлым воздухом. Необычными перемещениями я пытался спутать карты возможным наблюдателям и снайперам, а они по-любому были: легче пристрелить строптивого телекинетика, чем стоять напротив него и выяснять, чье кунг-фу круче.

От "Дубравной" до здания оптового магазина можно было долететь минуты за две, но я двигался в основном дворами, а улицы если и пересекал, то на максимальной скорости. Я старался перемещаться вплотную к домам и максимально хаотично, чтобы достать возможного снайпера прежде, чем он заметит меня. Перед самой Вестой я пролетел через здание торгового центра, возле которого пересекался с поводырем, Максимом Рогиным.

Зрение не показало ничего подозрительного, поэтому я переключился на телекинез, и учуял на крыше старой Весты аномалию. Пыль, которую я по привычке продолжал всюду гонять, в одном месте просто исчезала. С подобным я сталкивался, когда ко мне пытался подобраться скрытник.

Автоматы переместились к крыше и синхронно залили свинцом слепое пятно. Скрытник попытался убежать, едва увидел автоматы, но я стрелял на упреждение. Почти сто выстрелов в упор размазали тело скрытника по нескольким квадратным метрам крыши, но я успокоился, лишь когда обоймы опустели. Оказалось, что тварь сидела на крыше в обнимку с автоматом, к которому был прикручен огромный прицел. Если бы я не научился находить скрытника по косвенным признакам, то хрен бы подобрался к дому.

Кроме убитого, в доме находились четверо парней с такими же автоматами: все четыре расположились в комнате первого этажа. Похоже, это трансферные гиды, которые должны проводить меня на тот свет, если у снайпера не получится. Я не нашел в здании Ингу, что как раз логично: играть по правилам и всерьез прятать девушку там, где обещал это сделать — глупо.

Асфальт между домом и торговым центром не отличался от обычного куска дорожного полотна, вот только в метре под ним была гигантская полость, наполненная деталями машин, проводами, емкостями с бензином и даже несколькими холодильниками. Шестеренки вращались, жидкости пульсировали и перекачивались из сосуда в сосуд: сложнейший механизм пребывал в постоянном движении.

Кресло Крадниковой, заполненное непонятными проводами, выглядело похоже, только было в разы проще. Не знаю, что за механизм спрятан под дорогой, но проверять не имею желания: он точно не увеличит мне член, не научит понимать людей и не сделает ничего другого, столь же хорошего.