В какой-то момент я увидел свой шанс, Матерь настолько ослабла, что у меня появилось крошечное окно, и я бросился вперёд. Сначала на распоротое брюхо, затем выше, перепрыгнул на плечи. И тут же всадил клинок в макушку вытянутой головы. Дым вошёл в голову Матери с трудом, будто не хотел погружаться, брезговал.
Я навалился всем телом и всё-таки вогнал клинок, но тут же получил сокрушительный удар в грудь, что отбросил меня на десяток метров в сторону и впечатал в стену. Острый каменный шип пробил грудь и вышел с другой стороны.
— Хррр… — то ли прохрипел, то ли прорычал я. Боли практически не чувствовалось. Оттолкнулся руками от стены, чтобы снять себя с каменной пики, встал. К этому моменту Матерь уже погибла. Лежала и не шевелилась. Но у меня всё ещё оставались враги. Они стояли вокруг поверженной и переводили взгляд с неё на меня. Чем ближе я подходил к ним, тем быстрее они пятились назад. Они что-то кричали, но разве это имеет значение?
Шаг за шагом я приближался к ним. Из моей глотки доносилось рычание. Острие Дыма волочилось по камням. Поднять руку не получалось.
Убить! Я должен! Обязан! Пожрать!
Останавливаться я не собирался.
Острая боль в районе сердца заставила остановиться и опустить голову. Я увидел багровый клинок, что вышел из моей груди. Он светился, пульсировал зловещим светом, окрашенный моей кровью. Я попытался дёрнуть тело вперёд, но кто-то крепко сжал моё плечо и держал, не давал сдвинуться с места. Звериная ярость требовала расправиться с наглецом. Покарать.
Багровый глинок с шелестом вышел из груди, возле уха послышался чужой голос.
—«Прости, но так будет лучше для всех»
После этих слов клинок пробил мою грудь ещё раз.
Глава 19
Бестелесным духом я воспарил над своим телом. Эмоции, что ещё секунду назад разрывали, исчезли. Остался лишь холодный рассудок и сухие наблюдения о происходящем вокруг.
Нириэль, что стояла позади и придерживала моё тело за плечо, выдернула полыхающий алым огнём клинок. Бережно подхватила под голову и медленно опустила труп на камни. Вернее то, что от него осталось. Целостность носителя оказалась значительно снижена.
Всё тело покрывали десятки глубоких ран. Скула распорота так, что видны зубы. На груди и боках не хватало значительных кусков мяса. Я без эмоций наблюдал, отмечая, что оно сохранило больше тридцати процентов, а значит, его можно использовать повторно.
Взгляд переместился в сторону. Там лежало ещё одна пустая оболочка. Деревянный Восходящий, он тоже мог стать вместилищем, если я того пожелаю. Стоит ли?
Нет, ответил я сам себе. Замена нецелесообразна.