Мы сразу услышали через внешние микрофоны крик боли и побежали вперёд. Внутри на мостике плавал перед нами подёргивающийся бессознательный капитан. А около правого угла потолка какая-то голая девица пыталась спрятаться за системой вентиляции. Её одежда плавала в других местах мостика. Также, судя по белым капелькам жидкости, плавающим в воздухе, было понятно, чем занимались эти двое до того, как сработала мина.

— Если не хочешь пострадать — лети сюда, — приказал я, но та не прореагировала на мои слова. — Я сказал: быстро сюда! — крикнул и выстрелил самым слабым плазменным шаром рядом с ней.

— Не стреляйте! Я просто доктор, я только доктор и больше никто, — начала верещать она, но всё же оттолкнулась от потолка и спустилась к нам.

— Заткнись, — произнёс я и надел на её руки и ноги стяжки. Хэнк в это время сделал то же самое для, как оказалось, капитана.

— Алекс, — услышал я Грею. — Мы фиксируем движение в ангаре, проверь.

— Иду, — ответил я и, оставив Хэнка транспортировать к точке эвакуации капитана и местного врача, отправился в ангар. — Если хотите жить, то рекомендую сдаться, — сказал я, увидев ещё двух девушек, которые пробирались по вентиляции в ангар.

— Мы сдаёмся! — крикнули они. — Только не стреляйте!

— По одной и медленно спускаемся из вентиляции, — произнёс я. — Всё понятно?

— Да, всё понятно, — дрожащий голос сказал в ответ.

— Вот и прекрасно. Не люблю убивать женщин, — сказал я.

Через сорок минут всё было закончено, и после восстановления работы искина уже под нашим командованием Грея, имеющая, как оказалось, навыки пилота, смогла стабилизировать орбиту транспортника. После мы собрали всю команду, состоящую из десяти человек, в одной каюте. К моему удивлению, оказалось, что на борту был всего один мужчина — капитан. Остальные были девушками и состояли в его гареме. После диагностики в мозгу каждой обнаружилась рабская нейросеть. Вот это уже меня взбесило довольно сильно.

— Они ведь зарегистрированы в стране, которая не поддерживает рабство, — возмущённо произнёс я.

— Капитан имеет гражданство герцогства Мбанге. Ещё сто лет назад это была империя Авар, а там рабство разрешено законодательно. Так что он имеет право владеть рабами, купленными в империи Авар или в своём герцогстве. И ничего с этим не сделать. Если бы он попался атаранцам, то те освободили бы из-за того, что у них холодная война с аварцами. Но остальные государства на подобное смотрят вполне нормально, — пояснил Крстан.

— Что будем делать? — спросил я у Греи.

— Делаем жёсткую сцепку из фрегата и транспортника. У транспортника повреждены некоторые системы управления. Значит, управлять будем с фрегата и оттащим его куда-то подальше. Потом можно сбросить девчонок и капитана вот на этой атаранской станции наблюдения за чёрными дырами. Дальше им устроят уже нормальную жизнь, — предложила Грея.