— Сколько у нас времени? — спросил у меня Хэнк, поняв всю серьёзность ситуации.

— Не больше суток, и это в лучшем случае, — произнёс я. — Если бы снаряд был обычным, не с нанитной начинкой, то, скорее всего, Грея была бы в сознании и даже на ногах. В полевых условиях ничего не сделать.

— Вот же суки, — сказал зло Хэнк. — Надо спешить.

Часов через пять во время очередного привала мы смогли увидеть, почему эта планета популярна среди охотников. На нас выскочила огромная змея длиной под тридцать метров и диаметром под полтора. Лишь правильная организация привала позволила нам вовремя отреагировать и испарить голову змеи в плазме до того, как она смогла нам причинить вред. Самое поганое было в том, что шкура змеи обладала экранирующими свойствами. Её как на сенсорах биологической активности, так и в обычную теплокамеру было не увидеть. Только своими глазами и датчиками движения.

— Если бы было время, могли бы тысяч по десять на каждого получить, — произнёс Орин. — Шкура этой змеи ценится весьма недёшево у скупщиков.

— Сейчас важнее другое, — сказал я после того, как всё же отрезал себе около метра квадратного шкуры змеи. Почти все сделали то же самое.

— Именно. Но надо быть осторожней. Контрабандисты не просто так сделали свою базу в этой части джунглей. Тут огромное количество редких и опасных тварей.

К счастью, остаток пути удалось преодолеть без приключений. Наконец-то, спустя восемнадцать часов после падения модуля мы оказались в подземной пещере, в углублении которой была слегка покрывшаяся различными отложениями бронированная дверь. Орин набрал код на механическом замке двери, после чего с трудом, судя по усиливавшемуся гудению сервоприводов в его скафандре, открыл дверь. Практически сразу из прохода повалил знакомый мне зелёный консервационный дым.

Через полчаса Орин всё-таки смог запустить простенький генератор для питания небольшой базы, которая имела всего два этажа метров по пятьсот каждый. После получения питания было проще, и вскоре я добрался до помещения, которое изначально принял за медицинский кабинет, но, рассмотрев плакаты, понял, что это было противоположное. Это живодёрня. Тут из редких животных доставали более редкие и дорогие части тела. Для этого использовалась медицинская ветеринарная капсула третьего поколения. Это практически провал, но я не привык отступать.

— Хэнк, Ренди, я попытаюсь перенастроить медицинскую капсулу для работы с человеком. Ваша задача: найти тут склад и притащить медицинские картриджи сюда, — обратился я к своим товарищам.