— Ну как, уходит усталость? — спросил я у Греи, когда мы оказались вновь в гиперпространстве.

— Ты знаешь, да, — ответила она, сидя на месте навигатора. — Я поняла, что мне больше нравится летать, чем сидеть на одном месте и командовать всеми.

— Ничего, ещё захочешь вернуться в то спокойное болото, — произнёс я, пошутив. — Что у нас по расписанию?

— Тренировка в тренажёрах, — сказала Грея. — Мизра, когда вы освобождали Лори, сумел пробраться на сервера подготовительного комплекса спецназа Атарана. Только вчера смог адаптировать украденные у них программы к нашим тренировочным капсулам.

— Тренироваться, так тренироваться, — произнёс я, вставая с кресла пилота. — А сам он чем занят?

— Как обычно подключился к искину и что-то там с ним кодит, — усмехнулась Грея.

Через три дня мы сделали остановку в необитаемой системе для сброса статического напряжения. Казалось бы, при такой масштабной войне должен везде находить следы боевых действий, но это не так. Вокруг десятки тысяч звёздных систем в радиусе двухсот световых лет и едва половина из них хоть как-то используется. А ведь за пределом этого радиуса также находятся системы. Так что наткнуться на кого-то в необитаемой системе вне пределов официальных транзитных систем очень сложно. Но всё равно на всякий случай после каждого выхода из гиперпространства мы проводим сканирование системы на наличие следов жизнедеятельности. В этой промежуточной системе согласно звёздному атласу был картографический зонд почти две тысячи лет назад. С тех пор карты этой системы всего пару раз обновлялись случайными залётными для сброса статики.

— Следующий выход будет уже в системе Шотена, — произнёс я. — Последний шанс передумать.

— Сам понимаешь, что раз ввязались в это, то стоит делать, — сказала Грея.

— Тогда вперёд. — Я активировал разгон корабля, синхронизированный с нашим транспортником.

Оставшиеся четыре дня полёта прошли в тренировках, просмотре голофильмов и даже в играх. Но за час до выхода мы все собрались уже одетые в скафандры на мостике.

Наконец прошло последнее мгновение полёта в гиперпространстве, и мы оказались в системе. Практически сразу активировалась тревога, и в энергетический щит фрегата прилетело обломком какого-то корабля. А дальше мне пришлось перехватить управление фрегатом и, ускорившись, оказаться впереди транспортника, так как у него щиты гораздо слабее. Прикрывая транспортник своим щитом, я использовал противометеоритные орудия для расчистки пути. И наконец-то тысяч двести километров спустя мы оказались на чистом пространстве. В тот же миг сканеры зафиксировали системы наведения, которые пытались нас захватить на прицел, но Мизра включил системы радиоэлектронной борьбы. Через минуту системы наведения перестали пытаться прицеливаться по нам, осознав, что это бесполезно.