— А то, что он экспериментальный, тебя не волнует? — спросил Ростик у Сигизмундовича.

— А вот для этого возьмём кого-то из наших бойцов и отправим на сутки под разгоном. Да, тысяча кредитов — это дорого, но зато мы подстрахуемся от неприятностей, — сказал Вениамин.

— Тогда начинаем учить наши базы пока в обычном режиме, а после проверки можно будет и взять медикаментозный разгон, — предложил я.

— А пока отдыхать. Работать по двадцать часов в сутки всё же довольно сложно, — произнёс Ростик.

Трое суток пути до тайной операционной базы мы провели практически полностью во сне. Лишь делали перерывы для принятия пищи и отправки на установку нейросетей наших бойцов. Всё остальное время мы спали и учили базы знаний. За это время удалось выучить все базы до второго ранга и начать учить базы по универсальному рукопашному бою третьего ранга. Тут уже начались первые трудности: наши тела просто физически были не способны на некоторые приёмы. Так что на третий день после завтрака мы не отправились обратно учить базы. Мы отправились вначале к Лори и унесли к себе в учебную комнату тренажёр и после того, как сняли показания тренажёра на диагностику, отправились к Карику, чтобы выпросить материалы для ремонта.

Карик не считал тренажёр столь уж обязательным к ремонту, а потому бесплатно отказался давать нам материал. Пришлось скидываться и покупать новые фокусировочные кристаллы за пятнадцать тысяч и инструмент взять в аренду за сто кредитов в день для ремонта. Но к счастью, весь ремонт занял у нас всего пять часов. И первым в тренажёр отправился Вениамин. Через час, когда закончился сеанс его тренировки, из капсулы доставали его мы, поскольку сам он не мог пошевелить ни одной мышцей.

— И стоило себя так нагружать? — спросил я у Сигизмундовича.

— Капсула рассчитывает предельные нагрузки для каждого человека. Не волнуйтесь за меня. Через пару часов я буду уже на ногах. Имплант с регенерацией поставит меня на ноги.

— Тогда я следующий, — произнёс я и, раздевшись, залез в капсулу.

Через мгновение у меня на пару секунд в глазах потемнело, и я оказался в обычном тренажёрном зале. В обычном, если не обращать внимания на откровенную футуристичность всего оборудования. Но, прежде чем приступить к тренировке, я почувствовал боль во всех частях тела. Долго боль не продлилась, и у меня перед глазами возникло меню. Тренировка на пределе с болевым стимулом, лёгкая тренировка, средней тяжести тренировка и т. д.

Я решил, что раз Вениаимн выбрал тренировку на пределе, то и мне стоит делать то же самое. О, Боже, никогда так ещё не ошибался. Следующие десять часов времени превратились в ад.