— Фя фоймала! —откуда-то сверху похвасталсь Ло. И тут же что-то с громким хрустом раскусила. — Фять. Фори, фут их еще фолно! Тьфу! Полно!

— Я попробую на крыше «Кузнечика» ловить! — прокричал я в спину Алисе. Та устроила светляку настоящий ад, со свистом рассекая сачком воздух и не давая улететь на спасительную высоту — но тот пока держался, размазывались в маневрах темной полосой. Выглядело уже не как битва, а как какой-то яркий экспрессивный спортивный танец.

На сложенном аэродинамическом крыле «Кузнечика» вместе с Ло обнаружилась Ная. И чутка надкусанный, но все еще шевелящийся светлячок, которого рыжая предусмотрительно удерживала лапкой. Да, Стражински был прав в своей визуальной оценке: насекомое действительно было размером в ладонь. В ладонь взрослого мужчины!

— «Звездный десант» какой-то, — пробормотал я, опасливо опрыскивая и с долей отвращения запихивая первый трофей в контейнер. Рассмотрев тварь вблизи, я заново оценил защитные перчатки. Голыми руками ощитившуюся хитиновыми шипами на лапах особь трогать совсем не хотелось. — Как же хамелионы справляются с охотой на жуков, если у ученицы солнечника реакции не хватает?

— Точно! — аж подпрыгнула рыжая. — Сбегаю гляну!

Я поболтал емкость со слегка некондиционной добычей, одновременно наблюдая за эпичной битвой-танцем. Потом оглядел «Саранчу 8М» сверху. По корпусу и его деталям ползали и перелетали десятки огромных насекомых. Таких неповоротливых с виду — но с полетными характеристиками боевого армейского дрона! Днем они не светились, понятное дело — что напрочь лишало их слабого подобия ночной привлекательности.

— Сбежал! — рядом со мной, тяжело дыша, плюхнулась Алиса, оттирая рукавом пот со лба. — Любуешься видами?

— Думаю: что мы делаем не так? — отозвался я. — Может…

Я бы и рад был договорить, но в этот момент получил удар по голове, сравнимый с хорошей затрещиной. Только не говорите мне…

— Не дви-гай-ся, — одними губами прошептала мне Дрейк, подтягивая сачек. Незванный гость тем временем решил прогуляться — и немедленно запутался лапками в моих отросших за время полета волосах. Это было немного больно иочень неприятно.

— Алиса, нет! — я краем глаза заметил замах

— Да! Ну Ори!

— Я. Его. П-поймал, — мой голос дрогнул, когда я стянул с головы светляка. Внутри сферического барьера размером с футбольный мяч — он и сачек остановил. Этот щит у меня до этого раза никогда не получался целиком — максимум полусфера. А теперь — пожалуйста. — П-продавливай и пшикай. И з-забирай!

Хамелиона мне, срочно! А лучше — двух! А мой подружке — небольшой прижизненный памятник за то, что вытерпела, когда Пушок у неё в волосах копался, выбирая клейкую паутину. Брр!