Человек сделал выбор не потому, что тот был продиктован судьбой, а потому, что Лис дал ему максимальную свободу сделать этот выбор: подарил при каждой их встрече, с самой первой до самой последней. Он никогда не пытался добиться от других, чтобы они поступали правильно. Просто рядом с ним, абсолютно чистым, даже самые запутавшиеся начинали лучше понимать себя. Но каждый из них делал собственный выбор, к худу или к добру.

Лис провёл когтем и раскрыл предпоследнюю прореху: в ней цвели десятки тысяч цветов, и Одиссей замер, почувствовав их забытый запах. Кудрявый мальчик сидел к нему спиной у ручья и копался в камушках и песке. Мальчику было шесть лет, и Фоксу нестерпимо захотелось прыгнуть в эту прореху, подбежать к нему и схватить за руки, заглянуть в оба глаза и сказать:

«Тебя ждёт море боли. Но океан счастья и красоты. Просто крепись, просто верь, что ты сможешь. И ты сможешь, слышишь?»

В ладони пискнуло, зверёк принюхался к державшего его руке и неуверенно лизнул. Одиссей потянулся вперёд и выложил лисёнка на траву; тот испуганно втянул носом воздух в поисках хоть одного знакомого запаха… и прореха сомкнулась.

— Всё, — прошептал Фокс, и Лис мягким прыжком упал ему на колени, сквозь защиты Легионера, которые этого даже не заметили.

Сияние вокруг Финального Зверя угасло, момент судьбоносной аномалии прошёл, и он с каждым вдохом становился всё менее величественным, всё более живым. Но звёзд в галактиках его зрачков было уже очень, очень много.

Лис шагнул к Одиссею так близко, как пытался оба прошлых раза, когда друг не принял его и прогнал. Он коснулся лбом его лба, и на секунду они замерли, закрыв глаза.

— Прощай, — прошептал Фокс.

Зверь лизнул его в нос и поднял лапу, чтобы когтем прочертить большую, вместительную прореху, в которую может выпасть взрослый человек. Но почему-то замер, дрогнул и отступил. Его вид выражал лёгкое удивление, но в то же время улыбку. Как будто он понял что-то хорошее.

Он выпрыгнул наружу и начертил проход прямо в космосе, Одиссей успел увидеть какие-то странные обелиски и холмы, жемчужно-белую луну в ночном небе и чужие незнакомые звёзды. Там возвышались туманные горы и виднелся далёкий замок… с куполами из застывшего стекла? Лис втянул новый воздух, словно до последнего сомневаясь. Но прыгнул туда, в этот странный мир.

— А я⁈ — ахнул Фокс, осознав, что он спас всех, кого только было возможно и невозможно, а его бросают на произвол судьбы.

Лис обернулся и посмотрел на него с фыркающей усатой насмешкой и теплотой сквозь закрывающийся портал.