Два дня назад командир её корабля ушел на повышение. Теперь он целый кавторанг и первый помощник капитана на борту эсминца «Непостижимый».
А она вступила в должность командира фрегата. Должность, кстати, капитанская. И скоро ей, наверное, надо будет вертеть в погонах дырочку под очередную звезду. Пока маленькую, но, как сказала она сама себе, какие наши годы…
В тот же день, когда она стала командиром корабля, ей прислали второго пилота.
Это был винг-лейтенант, отлетавший год на корвете, и, по представлению непосредственного начальника досрочно переведённый в состав команды фрегата.
Звали его Тон Квонг. Он был выходцем из какого-то индустриального мира, происхождения самого, что ни на есть пролетарского. И, как с некоторым удивлением обнаружила Ралейна, прочитав его личное дело, в нём бурлила незамутнённая пролетарская ненависть ко всем, кто мог похвастаться достатком, превышавшим его собственный.
А уж о происхождении и говорить не стоило. Аристократию он ненавидел всеми фибрами своей пролетарской души.
Всё это было скрупулёзно зафиксировано СБ училища и в личном деле отражено.
Но прагматичные безопасники исходили из того, что встроившись в армейскую структуру и начав расти в званиях, этот парень очень скоро перестанет быть опасным. А пользы, при умелом руководстве, да под приглядом старших товарищей и начальников, он сможет принести государству не мало.
Кроме того, необходимо отметить и то, что при старших по званию он благоразумно держал себя в руках, ибо понимал, что начальник это та сила, бороться с которой он не сможет.
Так что на Ралейну его ненависть к богатым и родовитым не выплёскивалась, по крайней мере за эти два дня никаких трений на этой почве не возникало. Срок, конечно, слишком короткий, для того, чтобы делать обоснованные выводы. Но надежда на то, что дела обстоят именно так, оставалась.
Хотя девушка иногда замечала, что зыркает он на неё иногда совершенно по-волчьи…
И вот сейчас он сидел в кресле второго пилота, по правую руку от неё.
А на экранах, на фоне звёздной пропасти, подрагивала своими ложноножками огромная угольно-чёрная амёба. Дыра в пространстве. И в эту дыру каких-то несколько минут назад ускользнули те, изловить которых было для любого честного подданного Империи святым долгом.
Глава 8
— Винг-лейтенант Квонг, — произнесла Ралейна, одновременно набирая что-то на терминале, — вы готовы принести свою жизнь на алтарь служения Империи?
— А без этого никак нельзя обойтись? — вскинулся Квонг. С одной стороны он опасался за собственную жизнь, с другой стороны, его жутко колбасило от осознания того, что он сейчас вынужден подчиняться представительнице ненавидимого им класса. И возразить толком ничего не может — и вот это бесило его отдельно. — и могу ли я поинтересоваться, что вы конкретно задумали, госпожа капитан?