Это же совсем рядом с отелем!

Дайн. Скоро я начну подозревать, что и у меня в браслете стоит персональный маячок от Кри.

— Будешь должен, — сухо бросил я и, прежде чем босс ответил, сбросил звонок, одновременно влезая в кроссовки и скинув Эмме по модулю просьбу понадежнее усыпить наставника, чтобы тот, не дай тэрнэ, не проснулся раньше времени и не увидел, что в номере меня нет.

Обычный идентификатор я, как и раньше, оставил на йорка, которому придется проследить также и за лэном Даорном. Блокиратор магии, поколебавшись, решил пока не снимать, а то мало ли, вдруг некстати очередное видение нагрянет. А вот от артефактов на время избавился, включая и тот, что распознавал иллюзии, и тот, что мне подарил мастер Даэ. После чего открыл окно. Накинул броню из найниита, вскочил на диски и бесшумной тенью выскользнул на улицу, выведя на внутреннюю панель карту Иахо.

Пересечение Седьмой и Старой улицы и впрямь располагалось совсем недалеко от «Утренней звезды». Если топать пешком, за четверть рэйна дойти можно. Если, конечно, по прямой. Но Иахо относился к той категории старых, почитаемых и уважаемых городов, жители которых очень трепетно относились к своему наследию, а потому стремились избегать урбанизации там, где это возможно. Заодно берегли, холили и лелеяли древнюю архитектуру. Гордились тем, что она именно такая. По этой же причине современные и дорогие отели, да и вообще курортная зона, занимали относительно небольшой участок территории вблизи самого моря. Тогда как буквально в шаге от туристических маршрутов и ярко освещенных, прямых, как стрела, широких проспектов можно было с легкостью угодить в лабиринт запутанных и подчас плохо освещенных улочек, в нескончаемое царство невысоких, максимум в два-три этажа, домов старой постройки. А также с удивлением обнаружить самую что ни на есть изнанку легендарного города, которая, как это нередко бывает, оказалась далеко не такой яркой и блестящей, как старательно демонстрируемый фасад.

До нужного места я домчался с ветерком, благо высоких зданий неподалеку от отеля было мало, и мне никто не мешал. Основные воздушные трассы ради блага туристов тоже были отнесены в сторону. Видеокамер, стоило мне только удалиться от центральных улиц, тоже оказалось немного. Ну а те, о которых Эмма меня заблаговременно предупредила, я обогнул внутри расщепленной границы, чтобы и в скорости не потерять, и следов не оставить, благо подобная практика уже давно стала для меня привычной.

Как оказалось, пересечение улиц Старой и Седьмой являлось одним из тех самых неудобных перекрестков, где обычная автомобильная дорога вплотную контактировала с перпендикулярно отходящей от нее пешеходной дорожкой, а та, в свою очередь, практически сразу убегала вдаль и вихляла между домами, где бесконечно ветвилась, пересекалась с множеством точно таких же узких и крайне неудобных для туриста улочек, в конечном итоге превращаясь в тот самый лабиринт, которым славились все старые тэрнийские города.