Причем нам в общем-то можно было и не торопиться, в Таэрине нас, в отличие от остальных, никто не ждал. Но завтра утром нам предстояло судебное заседание по делу об усыновлении, поэтому, когда ребята разъехались, мы с лэном Даорном тоже вскоре засобирались и еще до полудня вылетели в Таэрин, чтобы успеть вернуться к вечеру.
Перелет, кстати, прошел отлично, и я, несмотря на бессонную ночь, почти половину дороги провел за рулем, ни разу по пути не накосячив.
Наставник к тому времени, как мы приехали и благополучно заселились в отель… естественно, с теми же трудностями, что и в провинции Лархэ… уже успокоился и перестал смотреть на меня с подозрением. Никаких вопросов по поводу прошедшей ночи и своего излишне крепкого сна он так и не задал. Я, в свою очередь, постарался не включать новости, чтобы не акцентировать внимание на том, что накануне в провинции Лархэ случилось что-то нехорошее. И в целом, полагаю, неплохо справился, потому что лэн Даорн в конце концов забыл, что вообще хотел меня о чем-то спросить, и отправился на боковую, так и не узнав, что в окрестностях города Иахо накануне что-то произошло.
Для меня же этот долгий день еще не закончился. Напротив, с наступлением сумерек я, можно сказать, резко активизировался. Потому что, во-первых, сам внимательно следил за новостной лентой, изучая поднявшуюся в СМИ суматоху. Во-вторых, до самой ночи ждал сообщения от Кри, который взял на себя обязанности достать нужную мне информацию в счет образовавшегося долга. Ну а, в-третьих, когда теневой браслет наконец-то разродился не просто сообщением, а прикрепленным к нему текстовым файлом, мне пришлось отложить нормальный сон в сторону и заняться еще одним важным делом. Причем таким, которое в свете присланной Кри информации не требовало отлагательств и не могло подождать даже до утра.
Глава 8
— Альнбар Расхэ! — твердо и четко произнес я, распахнув дверь в гостиной и требовательно уставившись на клубящийся за ней туман.
Все последние несколько месяцев тан Расхэ, этот странный человек, упорно меня игнорировал. Причем до такой степени, что ни разу не соизволил даже откликнуться, не говоря уж о том, чтобы хотя бы на сэн-другой заглянуть в специально созданный для него общий сон.
Однако сегодня нам действительно следовало пообщаться, поэтому, хоть кабинет тана не собирался открываться, я все равно стоял, ждал. И таки добился своего, потому что спустя несколько томительно долгих мэнов туман за дверью наконец-то шевельнулся, забеспокоился, после чего с крайней неохотой преобразовался в прекрасно знакомый мне кабинет и большой письменный стол, за которым с бесстрастным видом восседал нужный мне человек.