Мне, кстати, никто в этом не помешал. Наставник, которому пришлось пропустить несколько дней, разбирал текущие дела, появился на полигоне только утром на пробежке. Немногочисленные ученики, которых я там встретил, занимались в стороне, под руководством сразу двух тренеров, и могли в мою сторону лишь коситься. Сами тренеры, кивками поздоровавшись, с расспросами ко мне не лезли. Видимо, и их наставник загодя предупредил. Так что утро и день я отработал на славу. И уже потом, выйдя из душа и подойдя к раковине, протер рукой запотевшее зеркало, взглянул на свое отражение и признал, что лэну Нортэну и впрямь было чему удивиться.

За прошедший год я вытянулся где-то до метра восьмидесяти с кепкой. Здорово раздался в плечах. Потерянную на Мадиаре массу не только набрал, но и благодаря Эмме набрал даже с лихвой. Усиленные тренировки тоже сделали свое дело, поэтому сейчас на моем теле не было ни единой лишней жиринки. Да и на морду лица я здорово изменился. А в начале лета еще и бриться начал, поэтому на самом деле при первой встрече шестнадцать… а тем более пятнадцать, все-таки день рождения у меня только завтра… смотрящему на меня из зеркала крепкому парню никто бы уже не дал.

Я на мгновение задержал взгляд на отразившемся в зеркале двойнике и в этот момент неожиданно поймал необъяснимое чувство дежа вю. А потом с удивлением ощутил, что меня буквально тянет вперед и вниз, как во время первого эксперимента с родовой Сетью Расхэ. Более того, очень быстро стало ясно, что это не ошибка и что меня в самом деле вот-вот накроет очередное видение.

Но я не стал этому противиться.

Сейчас, когда я решил свои проблемы, это было даже к месту.

Поэтому я на мгновение закрыл глаза, не позволяя себе упасть и привычным движением обретая необходимое равновесие. После чего снова их открыл. Еще раз пересекся взглядом с двойником и… неожиданно понял, что теперь из зеркала на меня смотрит совершенно другой, хоть и прекрасно знакомый мне человек.

Тан Альнбар Расхэ с тихим стоном оперся руками о края раковины и с тоской посмотрел на висящее над ней большое зеркало, где отражался пока еще молодой, но кажущийся бесконечно уставшим мужчина, которому предстояло участие в несложном, но до отвращения тяжелом ритуале, проводить который новоявленный глава рода отчаянно не хотел.

Год назад, когда отец сказал, что ему уже пора заняться делами рода, Альнбар долго протестовал, считая, что для этого еще не время. Однако тан Горус был непреклонен.

Ритуал передачи власти состоялся всего через месяц после того памятного разговора.