— Так точно, лаир! Приказ ясен! Есть выполнять! — отрапортовал я и, отдав честь, с кислым лицом выбрался в коридор.

Блин.

Теперь в будние дни у меня почти не останется свободного времени. Утренняя тренировка, правда, не пострадает, я и так ее провожу раньше обычного. После завтрака и вплоть до двух дня я буду на занятиях. Потом у меня останется рэйн на обед. Еще полтора рэйна на четвертую пару. Потом совсем немного времени на выполнение домашнего задания, но и его по вторникам и четвергам будет сжирать факультатив. Наконец настанет время ужина, после которого все мое личное время уйдет на мытье посуды и уборку в столовой. И только перед сном у меня останется один-единственный рэйн, который я смогу потратить на себя.

Значит, решено.

Домашку буду делать во время перемен и в любое другое свободное время. Вечернюю тренировку под эту фигню не отдам. Напротив, я хотел еще увеличить время занятий, заняв на это хотя бы рэйн в послеобеденное время. Но теперь мне придется переносить занятия на выходные. Шесть рэйнов на кухне — это все-таки не двадцать, успею. Но надо будет еще узнать, какие конкретно обязанности на меня навесит завхоз.

— Уборка общего коридора, уборка санузла и душевой комнаты. Соблюдение чистоты и порядка в местах общего пользования в пределах жилого корпуса. Контроль за выполнением возложенных на вас обязанностей оставляю за собой и дважды в день буду проверять, как вы с ними справляетесь. Возможны также внеочередные проверки, поэтому не ленитесь. Задание понятно, курсант?

Я только вздохнул и, выслушав подробный инструктаж, вышел от завхоза в еще более мрачном настроении, чем раньше.

Контроль за соблюдением… Черт! Сразу два убитых выходных, и так каждую неделю на протяжении месяца!

Нет, я, конечно, справлюсь. И не помру, даже если урежу время сна еще на рэйн и за счет этого увеличу время на тренировки. Но что-то мне подсказывало, что это будет гораздо сложнее, чем кажется, и что нормально позаниматься в это время мне не дадут.

* * *

Я как в воду глядел — тем же вечером, когда я после ужина явился для отработки к начальнику кухни, тот сперва удивился, потом обрадовался и, как водится, по самое горло загрузил меня работой. Поскольку приступил я тут же, так сказать, не отходя от кассы, то одноклассники сразу же просекли, что к чему, после чего в мою сторону просыпался целый ворох насмешек.

Отработка на кухне — это, конечно, не конец света, но повод позлорадствовать у однокурсников нашелся. Однако я решил, что насмешки — еще не оскорбление, поэтому спокойно надел кожаный фартук, натянул перчатки и, как было велено, взялся за уборку грязной посуды, благо на предназначенных для этого столах ее уже скопилось немало.