Стена, которая его остановила, оказалась абсолютно прозрачной. Причем она была большой, его раскинутые в стороны руки и тут и там натыкались на что-то твердое.

Собственно, стена, которую я постепенно создавал, пока загонял этого красавца в угол, перегораживала почти треть немаленького полигона. Но Сол, на свою беду, не сразу это понял. А когда все-таки сообразил… когда услышал мои шаги, то разразился последней, совсем уж слабой партией огненных шаров и молний. После чего прижался спиной к стене и замер, когда оттуда бесшумно выскочила такая же невидимая удавка, которая мгновенно захлестнула его горло и заставила сдавленно захрипеть.

Босхо после этого задергался и от него брызнула такая волна паники, что мне даже ауру не надо было видеть, чтобы понимать, что он действительно напуган.

Однако судьи все еще не вмешивались. Наш странный поединок никто из них не остановил. Поэтому я довел свою задумку до логического конца. Бешено дергающегося парня захлестнуло еще несколько невидимых цепей, после чего его распяло на невидимой подставке, словно готовую к вивисекции бабочку. Слабую, беспомощную и уже совсем неопасную.

Остановившись от него на расстоянии пяти шагов, я сбросил невидимость с воздушного щита, который так долго и старательно создавал. Для этого пришлось сделать несколько кругов по полигону, однако оно того стоило — щит у меня вышел отменный, прочный, толстый, как бревно. Да и Босхо воздушные плети удерживали надежно.

Когда Сол понял, как именно я его поймал, он выпучил глаза, но из его перехваченного спазмом горла не вырвалось ни единого звука.

Я же тем временем одним движением развернул свой щит, превратив его из спирали сперва в обычную стену, а затем разбив ее на множество отдельных молний. Затем, не отрывая спокойного взгляда от корчащегося Босхо, каждую из молний так же быстро преобразовал в копье. И вот когда за моей спиной встала настоящая стена из коротко потрескивающих молний, я позволил себе улыбнуться.

У Босхо аж лицо посерело, когда он понял, что на этот раз мне нужна далеко не простая победа. Он еще раз попытался что-то крикнуть. Люди на трибунах испуганно замерли, ожидая закономерного финала…

Однако судьи по-прежнему молчали.

И я сделал то, чего Босхо так боялся.

Правильно, мальчик. Бойся. И пусть вместе с тобой боятся те, кто видит сейчас твое лицо по телевизору.

Я ни на миг не дрогнул, когда несколько тарнов электрических копий сплошной стеной устремились к распятому на воздушном щите парню. Не усомнился. Не заколебался, когда они со свистом распороли воздух. Меня даже раздавшийся на трибунах испуганный вздох не сбил с выбранного этим утром пути. Поэтому я выждал ровно столько, сколько было нужно, чтобы Босхо все осознал и проникся. Дождался, когда он в ужасе забьется на стене, как прибитый к дереву мотылек. Неотрывно смотрел на него до тех пор, пока он наконец не исторг из перехваченной спазмом глотки полный ужаса крик…