Я откровенно задумался.

С одной стороны, если Лимо не врет, то чисто по-человечески понять его было можно. Хреново жить так, как был вынужден существовать он, особенно если он ничем этого не заслужил. А с другой, слава у него в Норлаэне осталась, мягко говоря, так себе. Отступник, предатель, сумасшедший ученый, убийца… чего только не говорили об этом противоречивом человеке. К тому же все наследие Лимо старательно уничтожили, чтобы его больше никто не нашел. Все записи, научные работы… даже его имя стерли из реестра магов, словно его никогда не существовало.

Но так ли уж ошибся тэрнэ, когда отдавал такой приказ?

Насколько реален мой сон?

Сколько во всем этом правды и сколько лжи? И как в такой ситуации вообще можно разобраться? Особенно учитывая то, что Лимо живьем я видел во второй раз в жизни, да и то не был абсолютно уверен, что это именно он.

— Прости, Адрэа, — тяжело вздохнул маг, когда я так и не ответил. — Я, наверное, слишком тороплюсь и неоправданно сильно на тебя давлю, хотя причин доверять у тебя пока нет. Понимаю, ты сомневаешься… да и кто бы на твоем месте не усомнился⁈ Я бы, может, вообще всякую связь разорвал и заблокировал сны, чтобы больше в них никто не пролез!

— Разве такие практики есть? — осторожно поинтересовался я.

— Есть. Я когда-то порядком их усовершенствовал… А знаешь что?

Он вдруг встрепенулся.

— Ты ведь нашел во временной петле мои записи, так?

— Да. И что?

— И носитель с моими лекциями и последними разработками тоже?

— Верно.

— Я готовил их для учеников. После моей смерти те из них, кто от меня не отвернулся, должны были их забрать и продолжить мою работу.

Я качнул головой.

— Никто их не забрал. За двести лет ни разу даже не пытался. И только в последние годы, судя по всему, кто-то про них вспомнил, да и то не слишком-то торопился их заполучить.

— Жаль, — огорченно опустил плечи Лимо. — Значит, последователей у меня действительно не осталось. А за записями охотился кто-то, кто, вероятно, вспомнил, над чем я работал, и захотел прибрать эти данные к рукам. Но записи зашифрованы. Ключ уникальный, аналогов ему нет. А без ключа носитель останется бесполезным хламом. Скажи, Адрэа, если я тебе его отдам, ты пообещаешь, что хотя бы подумаешь над моей просьбой? Ничего больше.

— Только подумать? — недоверчиво переспросил я.

— Да. Ни на чем другом я не настаиваю. Да и выбора у меня нет. Если не ты, то мне никто уже не поможет, да и тебе я буду вынужден поверить на слово, не смея требовать что-то взамен.

Я с сомнением оглядел с надеждой вскинувшего голову мага.