Вижу, как ревущая тварь несется на солдат. Нет, рано. Она ещё слаба. Мне нужно встать.

Встаю… плечо прожигает пуля. За ней еще одна — в грудь. Я знал, что меня застрелят на месте — хотя и прихватил для страховки пистолет у КОБРовцев.

Откидываюсь назад. Голубое небо. Мир меркнет.

* * *

Говард не хотел присутствовать на этом мероприятии. Рэм… никогда не был для него особо важен. Слишком много амбиций. Слишком много несдержанности. Качества, позволительные для главы клана и совершенно лишние для молодого остолопа. По мнению Говарда, Рэмингтон получил ровно то, на что всегда нарывался — и хотя ни малейшей радости от его смерти и от нового удара по репутации клана он не испытывал, но и парня он тоже не жалел.

Но, разумеется, прибыть на похороны придётся. Статус, ожидания других членов клана…

В последнее время это превратилось в плохую привычку — ходить на похороны. Но, во всяком случае, на этот раз — он надеялся — обойдётся без того «сюрприза», что и в прошлый.

Визг тормозов и внезапные выстрелы во дворе оторвали главу клана Ротт от размышлений. Резко вскочив на ноги, Говард в три секунды оказался и окна и выглянул вниз. Какого?..

На территорию резиденции, снеся с мясом металлические ворота, въехала огромная фура, разминувшаяся с клановым кортежем всего на каких-то пять минут. Сейчас она лежала на боку, и из окна хорошо было видно, как из кузова выбираются… они.

Боевой опыт Говарда был не ахти каким большим. И всё-таки, как пробужденный и клановый, он не мог не узнать их… Оскверненных. Характерная походка, звуки, доносящиеся до него в те секунды, когда их не перекрывали выстрелы ошалевшей охраны…

Тела падали и поднимались снова. Конечно, убить оскверненного не так-то просто. А охрана, разумеется, не была готова… к этому.

Черт. Отпрянув от окна, Говард вылетел из опустевшего помещения, едва не натолкнувшись по пути на стол, где недавно стоял гроб, и оглядел коридор. Здесь, ничего не понимая и так же оглядываясь, бегали клановые, прислуга, охранники и все, кто остался тут после отъезда Белецкого.

— Эй! — Говард, ухитрившись, схватил за грудки пробегавшего мимо лакея. — Что происходит? Кто напал?

Суть можно было ухватить быстро. Оскверненные — опасные существа, но они неразумны, и сами приехать на той фуре не могли. Логотип мортусов! На грузовике был их логотип, но это же не значит…

— Простите, господин! — кажется, вырывающийся слуга больше переживал за свою собственную жизнь, чем за всё прочее. — Я понятия не имею, и…

А потом — вспышка боли. Короткая, трехсекундная, но она пронзила мозг Говарда настолько стремительно, что он со вскриком выпустил слугу — и тот тут же кинулся прочь.