Девушка втянула свежий речной воздух полной грудью и встала рядом с притихшим стариком. Она бы не сказала, сколько именно времени они так простояли, даже если бы сильно постаралась. Глядя на мирно бегущую реку, что так приятно шумела, Элиза на какое-то время действительно смогла успокоиться и не думать о том, что сегодня пережила.

Из транса её вырвал громкий вздох старика.

— Ты бы хотела дожить до старости, Элиза? — он продолжал смотреть на воду.

Девушка приподняла бровь и выровняла спину.

— Конечно, — кто не хочет. — А что?

— Да так, — старик закачал головой. — Хочу помочь тебе.

Элиза устало глянула на дедушку. Кто бы сомневался.

— Для начала скажи мне… Как много ты знаешь Пробуждённых моего возраста?

Девушка посмотрела вверх, копаясь в памяти.

— Немного, если подумать, — и действительно, стариков среди клановских было очень мало, да ей бы хватило пальцев двух рук, чтобы пересчитать даже тех, о ком она только слышала.

— Как считаешь, почему обычные люди, без особых способностей спокойно доживают до седых волос, а мы — одарённые — зачастую не успеваем разменять даже пятый десяток?

Элиза пожала плечами.

— Сейчас довольно опасное время, это всем понятно.

— Разве, Лиза? Войны давно прошли, клановские междоусобицы тоже остались позади. Но Пробуждённые продолжают гибнуть один за другим.

Родион закачал головой.

— Нет, всё несколько сложнее. Обычные люди живут по заранее изготовленным для них обществом лекалам, — старик ухмыльнулся, — иди по протоптанной тропе, и не сорвёшься. Но для таких, как мы, никаких тропинок не было проложено и в помине. Жизнь Пробуждённого строится на благосклонности фортуны, и всё, что мы можем сделать для того, чтобы не сорваться — это выкручиваться в попытках поймать эту самую удачу. И, уж поверь старику, мало кто способен делать это регулярно.

Девушка медленно повернула голову.

— К чему ты клонишь?

— К тому, чтобы ты не делала опрометчивых действий. Любое влечёт риски, о которых ты можешь даже не подозревать. Особенно легко совершить ошибку, когда ты не обладаешь полным спектром информации. Тот, кто владеет ею в большей мере, с большей вероятностью примет правильное решение.

— И?

— Не давай другим эту самую информацию, пока сама в хоть какой-то мере не будешь понимать, как человек воспользуется ею и какие последствия грозят лично тебе. Твой отец не должен знать о Марке, — произнёс он серьёзным тоном и посмотрел на внучку. — Для нашего же с тобой блага.

Элиза нахмурилась в явном несогласии. Фактически, старик предлагал ей пойти против собственного отца.

— Но он оскорбил меня и убил Рэма, — девушка решила не повышать голос. — Что-то одно, и я бы попыталась закрыть глаза, но рубикон пройден.