Выровняв тяжёлую машину, Юрок вернул нас с обочины обратно на проезжую часть и снова двинулся прямо по курсу к СКАД, спихнув в сторону ещё пару пыльных брошенок.
Обернувшись ко мне одновременно с Егором, водитель на сей раз получили одобрительный жест уже от меня. Лёжа на животе между двумя кабинами, я кивнул и показал им большие пальцы белых рукавиц обеими руками.
Этим парням и в правду всё меньше нужна была моя помощь в преодолении своих проблем. Наверное, примерно так раньше чувствовали себя отцы, когда их дети получали диплом какого-нибудь престижного учебного заведения, зарабатывали золотую медаль или занимали ответственный и весьма денежный пост без всякого блата.
Но теперь в нашем мире умение разорвать на части пару десятков противников за пару секунд было куда как ценнее...
Чернейшая пятница - III
— Давай-ка я лучше это подержу. — В спину мне упёрся барабан револьвера, который девушка всё ещё сжимала в руке, и я аккуратно вынул его из тонкой ладошки. — Подожди... Как одна? А где родители?
Лиза подняла взгляд и разрыдалась с новой силой. И в коротких перерывах между горестными завываниями, она всё-таки рассказала, что случилось.
С её родителями и дядей произошло тоже самое, что и с водителем позаимствованной «Нивы». Пытаясь проветрить квартиру, в надежде, что свежий воздух вернёт родственникам хоть какие-то проблески сознания, Лиза открыла форточку. И через пару минут, вместе с морозным сквозняком в квартиру ворвался запах от кондитерской фабрики, располагавшейся неподалёку. Едва почуяв аппетитный аромат ванили и свежей выпечки, все трое разом повскакивали с дивана, куда дочь еле смогла их усадить, чтобы никто не наступил на разбитую посуду, пока она пыталась прибраться.
Не обращая никакого внимания на крики девушки, взрослые разбили окно собственными телами и выбросились наружу. Так как это был всего лишь третий этаж, а сугробы - весьма глубоки, то никто не погиб. Но прежде чем Лиза попыталась догнать своих родителей, покинув квартиру более традиционным и медленным путём — через подъезд — изрезанные битым стеклом и искалеченные при падении родственники уже убежали в темноту заснеженных улиц.
Пытаясь найти их по следам, девушка, в итоге, наткнулась на пару гопников, один из которых сейчас валялся рядом с нами. И еле успела убежать от них обратно — сначала в подъезд, а когда они вскрыли домофон — то и в квартиру.
Выложив свою мрачную историю, девушка, вроде бы, немного успокоилась в моих объятьях. Но я понятия не имел, что вообще можно сказать в такой ситуации для утешения. Рассказать о том, что, теперь, судя по всему, почти все вокруг такие же, как и её родители? Сказать банальные утешения. Нет. Это всё пустое. Ей нужна помощь — и я, похоже, единственный, кто может её предложить. Этим и займёмся.