— Ты??? — заревела мясная кукла громоподобным голосом. — Ты???

— Ну я. А мы что, знакомы? — в моей руке возник Меч Ангела.

И тут он атаковал. Выбросив правую руку, ударил меня в лоб. Сильно ударил, собака! Но, похоже, это ошеломило его не меньше, чем меня. От удара аж целого Рыцаря Ада смертный должен был минимум головы лишиться, а не вот это вот ваше все. Я потряс головой и стал подниматься с пола. Первый раунд за тобой, дядя, а вот дальше — пободаемся!

Демон занес руку, чтобы, видимо, развоплотить меня на атомы и засунуть в Бездну, и тут…

От рева демона вылетели витражные стекла с житиями святого Бонифация. Да это же Шарик! Верной собачке не понравилось, что его хозяина какая-то рогатая тварь бьет по больной голове. Поэтому пес вцепился демону между ног, и я готов поклясться, что перед его воплями я слышал отчетливый хруст.

А потом за спиной демона возникла ламия, сделала взмах и тот заорал еще сильнее, хватаясь за задницу.

Ну а я вогнал Меч Ангела ему в грудь. Вошло, еще как. Вон, даже в глазницах просверки появились, сейчас загорится и рванет…

— Шарик, тащи меня отсюда!

Послушный пес бросил откушенные яйца демона и этим же ртом подхватил меня за воротник, оттаскивая от жертвы.

Правда, оттащил он меня недалеко, ярдов на десять. После этого мясной костюмчик превратился в инфернальную бомбу, и ка-ак дал!

Знакомая волна инферно прошла через меня. На мгновение я почувствовал такое всемогущество, что аж дурно стало. Зато ламии было хорошо. Она аж зажмурилась, впитывая адский вихрь. Засветилась, что твой маяк, воздела руки вверх…

И все кончилось. Если не считать выбитых окон и дверей, разваленных стен и всего прочего непотребства, все прошло как надо. Только вот для кого…

— Двигаем! — они с Шариком на пару втолкнули меня в чудом уцелевшую машину и исчезли, давая мне возможность самому находить выход.

Тоже мне друзья, блин! Как в том анекдоте про бьющегося в конвульсиях Пятачка и Винни, пристрелившего его — «Смеешься, свинья? А меня оглушило!»

Меня тоже оглушило. Ладно, прислушиваться к своему хреновому самочувствию будем потом, а пока действительно двигаем!

Я остановился на проселочной дороге, оставив позади сирены полиции и пожарных, мчавшихся к полуразрушенному зданию церкви. Полез в бардачок и достал бутылку с водой — не мешало бы попить и умыться… И чуть ее не выронил.

— И зачем же меня так пугать? — спросил я возникшую рядом на сиденье ламию. — О, да ты прибарахлилась!

Я ткнул пальцем в золотые письмена, украшающие ее серебряную кожу.

— А, ты про эту продрись? — спросила она, разглядывая сиськи. — Ну да, я теперь еще в ранге подросла. Благодаря тебе.