— Да у Юдинцева она, где ж еще. С самого утра ускакала.

Поблагодарив ее, я развернулся и зашагал к дому фельдшера. Анна сказала вроде бы с шуткой, а в голове у меня ее слова засели накрепко.

У дома Юдинцева стояла тишина. Я поднялся на крыльцо и заглянул в сени. Навстречу вышла Саша. Она вытирала руки полотенцем, рукава простого темного платья были закатаны выше локтей.

— Андрей? Что-то случилось? Рана болит? — сразу насторожилась девушка.

— Нет, Саш, с рукой все в порядке. Я от крестного. У него на пасеке беда приключилась. Пчелы взбеленились, в улей не идут. Вот мы со Степаном Анисимовичем и вспомнили, что ты с дедушкой с детства пчелами занималась, науку его переняла, может получиться разобраться?

— Клубятся, говоришь? — Саша сразу стала серьезной. — Может, клещ завелся, а может, мышь в колоду пробралась, вот они и волнуются. Пойдем, посмотрим.

Мы быстро дошли до нашего двора. Степана Анисимовича уже не было.

Саша подошла к ульям. Никакой сетки надевать не стала. Просто встала рядом, прислушалась к гулу, потом осторожно приоткрыла крышку одного короба. Пчелы вились вокруг нее, но совсем не жалили.

— Так и есть, — сказала она через минуту, аккуратно возвращая крышку на место. — Муравьи повадились. Вон, смотри, дорожку снизу проложили. Они пчелу тревожат, расплод таскают. Ждать Степана Анисимовича не будем, а то пчела совсем изведется. Надо прямо сейчас улей обработать.

Она обернулась ко мне:

— Зови Олега, пусть посмотрит да поучится. Степан Анисимович постоянно в правлении пропадает, ему не до того, а за пасекой глаз да глаз нужен. Пусть Олег эту заботу на себя и берет, а я покажу, как надо.

Я кивнул и крикнул в сторону строящейся бани:

— Олег! Бросай топор, спускайся, дело есть!

Брат спрыгнул с лесов и подошел к нам.

— Чего стряслось? — спросил он, с опаской косясь на гудящий улей.

— Муравьи внутри, — сказала Саша. — Надо их наружу выкурить. Андрей, сходи на огород, нарви побольше петрушки, да дикой мяты у ручья прихвати. Прямо с корнем тащи.

Я быстро выполнил наказ. Саша взяла пучки зелени, слегка размяла в пальцах, чтобы пошел сок, осторожно приоткрыла холстик под крышкой улья и положила траву поверх рамок.

— Вот, глядите. Муравей от этого запаха бежит как от огня. Сейчас из летка кувырком посыплются.

И точно. Не прошло и пары минут, как из щелей улья начали выползать ошалевшие муравьи, торопливо устремляясь вниз по деревянным ножкам.

— А теперь твоя работа, Олег. Неси деготь, кисть пожестче и золы из печи.

Олег сбегал к сараю. Под руководством Саши он обмазал ножки короба дегтем, а затем толстым слоем рассыпал под ульем золу.