— Ну можно, наверное…
— И вот ещё что! — подался вперёд отец Бедный. — Будете к посетителям приглядываться — ближе к делу растолкую, на что именно внимание обращать. Докладывать станете непосредственно мне, никому другому о нашем уговоре знать не нужно. Согласны?
Книжник вновь посмотрел на меня, и на сей раз я кивнул, а когда Дарьян и Бедный ударили по рукам, спросил:
— А сколько за негласное сотрудничество причитаться будет?
Но не тут-то было.
— Заказы денежные стану подкидывать, — повторил хозяин кабинета. — На этом всё.
Я вздохнул и сказал:
— Нам бы тогда с регистрацией товарищества подсобить.
— Стряпчего наймите! — отмахнулся священник. — Я за вас просить не стану. Имейте в виду — чем меньше людей будет знать о нашем знакомстве, тем лучше. К слову, о тебе, брат Серый…
— Нет-нет-нет! — Я вскинул руки. — У меня пая в товариществе нет и сторожить торгашей я не стану. Возвышением займусь. Если дочь его преосвященства поинтересуется, я в усадьбу Терновый сад заселюсь, что на Высокореченском тракте.
— Вот сам бы ей об этом и сказал! — рыкнул в ответ отец Бедный.
Я пожал плечами.
— Может, и сам скажу. И вот ещё какой вопрос: Барона с Заречной стороны знаете?
— Наслышан, — признал священник. — А что?
— Он ведь оброк в управу платит? А почему бы нам его место не занять и деньги в епархию не направить?
Отец Бедный поджал губы.
— Заманчиво, но — нет, — произнёс он с тяжёлым вздохом. — Не та сейчас ситуация, чтобы лодку раскачивать. Торгаши недовольны, дворяне точно ещё попытаются свой кусок пирога откусить, горожане того и гляди взбунтуются. Если Заречная сторона полыхнёт, полетят головы. Так что не суйтесь туда!
Я недовольно поморщился, но настаивать на своём не стал и поднялся со стула.
— А когда всё успокоится? — закинул удочку напоследок.
— Видно будет, — ответил священник в высшей степени неопределённо. — Всё! Приходите, как товарищество зарегистрируете.
Тогда я указал на книжника.
— На Дарьяна Мертвослова пропуск выпишите, а то он к вам не попадёт, а мне недосуг провожатым работать.
Отец Бедный вышел в приёмную и распорядился на этот счёт, после чего мы распрощались с ним и отправились… Нет, не восвояси. Повёл я товарища в здание напротив.
— Ты чего к этому Барону привязался? — спросил меня книжник на улице.
Я пожал плечами.
— Есть резоны, — буркнул и предупредил: — Огничу, Волоту и Агне о негласном поручении — ни слова.
Дарьян надулся было, но сразу взял себя в руки и рассудительно произнёс:
— Агну в такое дело и впрямь впутывать не стоит, Волота мы ещё толком не знаем, а Огнич-то тебе чем не угодил?