А в остальном, теперь, по прошествию ночи, я пришёл к выводу, что Князь сделал мне крайне важное и большое одолжение. Даже не столько разговором. За него я готов был сказать ему отдельное спасибо. Нет. В первую очередь я был благодарен Князю за то, что он таким вот нехитрым способом заставил меня сделать передышку. Всё равно, что поставить жизнь на паузу. А какое место может быть самым лучшим для этого, чем отдаленный от города дом и вечер с близким человеком без контактов с внешним миром?

И вот за этот импровизированный перерыв я был ему благодарен. Просто потому, что сам бы никогда подобного не сделал. По собственной воле, я имею в виду. Трудоголик со стажем, привык пахать до победного, выгрызая себе путь вперёд тяжким трудом и мозгами, и плевать мне на отдых.

Не стоит думать, будто одна эта поездка могла в корне изменить моё отношение к происходящему. Нет. Я не стал другим человеком. У меня не открылись глаза. Я не получил мистическое озарение о том, как ужасно и неправильно себя вёл, и всякая подобная чушь. Так не бывает. Люди не меняются за один вечер.

Но благодаря Князю я получил передышку. Вероятно, ту самую, столь необходимую мне, чтобы взглянуть на происходящее под другим углом. И я ей воспользовался.

Правда, оставалось ещё одно дело, которое следовало решить. И случай представился только сегодня.

— Опять?

София смотрела на меня так, будто я над ней издеваюсь. Она отсутствовала с понедельника, что не позволило нам поговорить раньше. Летала в Москву читать лекции в тамошнем филиале. Поменьше и не таком известном, но тем не менее.

— Чего ты удивляешься? — спросил я, с удовольствием развалившись на диване. — Мы же говорили по телефону.

— Да помню я, помню, — Голотова вздохнула и сняла свои очки, принялась массировать глаза пальцами. — Саша, я не могу вот так вот брать и раздавать тебе отсрочки. Это…

— София, это правда очень важно…

— А то, что ты делаешь тут, что? Не важно? — воскликнула она. — А то, чем ты тут занят? Это что, не важно? Забыл, ради чего всё это?

— Нет, София, — ответил я, стараясь, чтобы мой голос звучал максимально спокойно. — Не забыл. Но и ты пойми. Моему другу может грозить тюрьма. Не факт, конечно, если по правде, но я хочу быть уверен, что он в неё не попадёт. И я не хочу бросать Руслана…

— Так не бросай! — она указала мне рукой в сторону стоящего на её столе телефона. — Александр, ты в столице! Здесь адвокатов больше, чем крыс на помойке! Позвони любому, и они с радостью займутся этим делом…

Я ничего не сказал. Просто молча смотрел на неё, в ожидании, когда до неё дойдёт. Честно говоря, имелся шанс того, что это не случится, но София вроде бы уже достаточно хорошо меня знала, чтобы понимать, какой я человек.