— Другое дело, — усмехнулся Лев. — Жеманов Георгий Иванович.
Глава 7
— Итак, чисто для справки, — сказал я, снимая куртку. — Чего именно ты хочешь?
— Говорю же. Хочу, чтобы ты закрыл эту сделку. Прямо тут. За этот вечер, — ответил Роман, продолжая дымить сигарой. — А что? Боишься, что не справишься?
Делал он это больше для вида. Да и я знал, что сигары в затяг не курят. Тем не менее не мог не отметить, что аромат был… приятный, как это ни удивительно.
— Я? Не справлюсь? — Моё лицо растянулось в азартной усмешке. — Мне напомнить, кто именно это предложил?
— Так моё дело предложить…
— И взвалить мне на плечи эту ношу, — подсказал я.
— Верно, — не стал отнекиваться Рома. — И взвалить на тебя эту ношу.
— А не слишком ли много доверия? — спросил я с иронией. — Если уж элитные бойцовые псы и акулы юриспруденции «Л Р» не справились, то чего ты ждёшь от меня?
— Не знаю, — легкомысленно пожал плечами Лазарев. — Может быть, свойственной тебе непосредственности и оригинальности. Удиви меня.
— Удивить тебя? Оригинальности? — Я посмотрел на него со скепсисом и передал свою куртку портье в гардеробе.
Тот осмотрел её с каменным выражением на лице, но эмоции его я ощущал прекрасно. Пренебрежение с лёгким налётом брезгливости. Разве что двумя пальцами не держал. Впрочем, понять его можно. За спиной у него висели сплошь кашемировые и шерстяные пальто, стоящие десятки, если не сотни тысяч рублей. Сразу видно, что мой полупуховик тут будет выделяться, как бельмо на глазу.
— Что? — спросил я.
— Ничего, господин, — выдал портье с каменным лицом, но в конце концов так и не смог удержаться. — У вас прекрасный вкус.
В ответ на эту завуалированную издёвку я чуть не заржал.
— Ещё какой. Только вы за капюшон вешайте, а то петелька недавно порвалась.
Где-то за моей спиной от смеха хрюкнул Роман.
— Эх, знаешь, вроде всего полтора месяца прошло, а я уже соскучился.
— По мне?
— По этой твоей непосредственности, — весело фыркнул он. — Мало кто на моей памяти может с таким самодовольным лицом попирать устои.
— Пф-ф-ф. — Я даже глаза закатил. — То ли ещё будет.
— О, надеюсь, — не стал спорить Рома. — А я ведь говорил ему, что он сглупил.
— Отцу?
— Ага. Давить на тебя было самым идиотским решением, которое он только мог принять. И теперь то же самое устроил с Настей…
— Так, стоп, — тормознул я его. — С Настей? А с ней-то что случилось?
— Вы же вроде в одном универе ошиваетесь, — напомнил он мне. — Разве ещё не поговорили?
— Поговорили, — вздохнул я. — Но разговор так себе вышел. Знаю только то, что она взбрыкнула и ушла из дома.