Ребята слушали меня крайне внимательно. Довольно приятный контраст по сравнению с тем, как было в самом начале, когда они ворон считали и чуть ли не спали. Сегодня у нас тема взаимодействия адвоката и средств массовой информации. Важный, к слову, момент. Особенно с точки зрения адвокатской этики, так как в прошлом я являлся живым свидетелем, как умелое манипулирование общественным мнением позволяло набрать очки в самых проигрышных делах.

Как говорится: кто громче кричит?

— Но вы должны запомнить одну очень важную вещь, — продолжил я, ходя из стороны в сторону перед ними. — Стоит вам как адвокатам переступить черту — и это сразу же превратит любой ваш комментарий в обвинительный приговор. В какой-то степени это может прозвучать глупо, я понимаю, но зарубите себе на носу. Одно дело сказать: «Клиент имеет право на защиту, доказательства будут представлены в суде». И совсем другое — перейти к публичным обвинениям судьи, прокурора или же свидетелей. Это уже не защита. Это прямое давление на правосудие, что несёт за собой наказание.

Заметив, как поднялась рука, я кивнул.

— Да, Екатерина? У тебя вопрос?

— А если противная сторона ведёт грязную игру? — спросила она. — Вы же сами только что говорили, что мы должны уведомить СМИ в таком случае.

Молодец. Примерно такого вопроса я и ожидал.

— Запомните вот что, ребятки. Адвокат должен, даже обязан информировать, но не судить. СМИ — это не место для того, чтобы выносили приговор. Каждое ваше слово должно укреплять доверие к суду и вашему клиенту, а не разрушать его. Хотите делать карьеру на ток-шоу? Пожалуйста. Становитесь политологами, телеведущими или актёрами. Кем хотите. Но вы ведь сюда не для того пришли, верно? Верно! Адвокат должен оставаться адвокатом.

Я немного подумал и решил добавить.

— Поймите, средства массовой информации для вас — как острый нож. Им можно хлеб резать, но если допустить ошибку, то можно себе и пальцы отрубить. Иногда выходить к журналистам вам будет просто жизненно необходимо: когда следствие играет грязно, как верно подметила Руденко. Или, например, когда газеты уже назначили вашего клиента главным злодеем года. Тут слово в прессе — часть защиты вашего клиента. Но, как и в зале суда, вы должны следить за гранью и не подставиться сами.

Они слушали. Они записывали. Задавали вопросы, позволяя мне раскрыть те или иные особенности темы. Я бы их и так раскрыл, но, когда тебе задают вопросы, это позволяет создать своеобразный интерактив. Втянуть в него людей. Заставить их реагировать, спорить и пытаться додуматься до верного варианта и понять его собственными мозгами. А это всегда лучше, чем просто выслушать что-то, покивать и забыть к следующему утру.